Складывает ладошку в кулачок и тянет вперед указательный пальчик. Прослеживаю за ее взглядом и вижу бутылку воды.
— Питя.
— Да, конечно, золотце, — киваю и тянусь за водой.
— Думаю, владелец машины не будет против того, что мы с тобой тут немного похозяйничаем.
— Давид Георгиевич сказал, что в его машине вы можете чувствовать себя, как в своей, — подтверждает водитель.
Владимир, вспоминаю, как обращался к нему Давид.
— Хорошо. Спасибо большое, Владимир.
— Всегда к вашим услугам.
Пересаживаю Веру на место рядом с собой, чтобы ей было удобнее.
Откручиваю крышку и помогаю дочке напиться воды, следя, чтобы та не расплескалась и ее одежда не намокла. Ведь запасного комплекта у нас с собой нет.
— Вот, умница, — хвалю, после того, как Веруня утоляет жажду, и целую ее в макушку.
— Ням-ням, — говорит Веруня, а я беспомощно озираюсь по сторонам.
Понимаю, что дочка хочет кушать, оно и понятно. Мы с первых дней стараемся придерживаться режима и сейчас как раз подходит к концу время полдника.
Но, к сожалению, у меня с собой нет ничего из съестного.
— Малыш, придется немного потерпеть. Сейчас…решатся некоторые дела, и мы сразу же поедем кушать.
— Хотю ням, — повторяет она, но тут же отвлекается на бумажный платок, который выуживает из моего кармана. Начинает распрямлять его на коленках, а потом складывать, уголками внутрь.
— Гея, — вдруг выдает и я вздыхаю.
Дочка очень привязана к своей няне, и даже не подозревает о том, что сегодня произошло. И не знает о том, что Ангелина больше не будет ее няней.
Вздыхаю повторно.
— Геля сейчас занята, я сама буду с тобой играть и гулять. И покормлю полдником. Совсем скоро.
Давид оказывается у машины и осторожно стучит в стекло. Я нажимаю кнопку и когда стекло бесшумно отъезжает вниз, Давид протягивает мне лист бумаги и ручку.
— Жень, заявление в полицию о краже ребенка, подпиши пожалуйста. Оно нужно, чтобы делу дали официальный ход. Это необходимо, чтобы обезопасить вас от этих людей. На допросы ездить не придется, дашь генеральную доверенность моему адвокату.
— Хорошо.
Пробегаюсь быстрым взглядом, подписываю и возвращаю бумагу Давиду.
— Дядя, — громко комментирует Верочка и с любопытством смотрит на Давида.
Он разглядывает ее с легкой полуулыбкой на губах.
— Привет, Вера, — говорит дочке.
— Пиве, — звонко отвечает она и взмахивает салфеткой.
Потом тянет ручонки к своим волосикам и начинает накручивать кудри на пальчики.
Изучающе смотрит на Давида.
