При моих словах Леша снова хмурится, смотрит несколько секунд исподлобья, потом вздыхает.
— Что у вас с Бергманом? — вдруг выдает, а я замираю, едва донеся вилку с новой порцией салата до рта."
"Медленно прожевываю, потом отставляю тарелку с салатом и запиваю новым глотком вина. Только после этого поднимаю взгляд на Лешу.
Он смотрит своими ярко-голубыми глазами так….обвинительно, словно хочет уличить меня в чем-то постыдном.
У Давида тоже светлые глаза. И хоть они не такие яркие, как Лешины, но зато более завораживающие.
Если он начнет спрашивать что-то напрямую и будет смотреть так внимательно, как сейчас Леша, мне придется крайне сложно.
Лешин же взгляд я могу выдержать без проблем.
— В смысле, что у нас с Бергманом, — произношу так, будто не понимаю, о чем вообще речь.
— Ты с ним встречаешься?
— Ты с ним знаком? — отвечаю вопросом на вопрос, все еще пытаясь справиться с удивлением.
— Я первый спросил, — говорит Леша.
— Ну и что? Зато мой вопрос более интересный. Я знакома с Бергманом, потому что сейчас мы задействованы в одном проекте, и, если уж так хочется знать, не встречаюсь.
Но тебе что за дело до всего этого? И вообще, откуда ты узнал, что мы с ним работаем?
— Я твой друг и я волнуюсь за тебя.
Мои мысли принимаются кружить беспокойным роем, но, как бы я не напрягалась, не могут ухватить суть.
— Да, мы дружим, — киваю, — только причем здесь Бергман?
Тут же вспоминаю подробности нашего знакомства. Это произошло почти сразу после того, как я прилетела из Германии. Совпадение?
Да, сто процентов.
Так я думала раньше.
Но сейчас, в свете Лешиного вопроса….
— Леш, что происходит? — спрашиваю прямо.
— Ничего. Я просто хотел сказать, чтобы ты держалась от него подальше. Это очень…опасный человек. Жень. Я люблю вас с Верочкой и желаю вам только добра, поэтому должен, просто обязан предупредить.
— Значит, ты с ним знаком.
Не спрашиваю, скорее констатирую факт. А еще у меня начинается что-то нервное. Ладони потеют. глаз дергается. Хочется вдруг вскочить с места и пробежать стометровку, хоть никогда раньше этого не делала.
Усидеть же на месте, напротив, очень и очень тяжело.
Продолжаю и дальше находиться за столом только благодаря огромному усилию воли.
— И давно? — бросаю несколько раздраженно.
— Что давно?
Так, похоже теперь он решил тянуть время.
— Леш, давно ты знаком с Бергманом?
— Довольно давно, — признается он, — но сейчас речь не об этом.
С каждым его словом у меня возникает все больше вопросов, но я не успеваю их задать.
