Опасная игра леди Эвелин

Даже помня о долге перед ее отцом.

«Она тебя спасла»,— шепнул внутренний голос.

И я отмахнулся от него, но в нос вновь ударил сладковатый аромат диких ягод.

Когда я открыл утром глаза, то первым, что увидел, были солнечные лучи, которые путались в ее золотистых, растрепавшихся волос. Ее затылок лежал на подлокотнике кресла очень близко к моей руке, почти касался запястья.

Она спала.

Я называю ее глупой девчонкой, но и сам поступил не умнее.

С четверть часа я смотрел на ее затылок, в котором запуталось солнце.

А потом дверь в спальню сотряслась под стуком герцога Саффолка.

Если бы я, презрев что-то теплое в груди, разбудил ее раньше, она смогла бы уйти до того, как поднялся шум.

— Милорд? — Хилл вновь показался в дверях. — Сэр Эдмунд внизу, просит о встрече.

Дед Эвелин?..

Я нахмурился. Что могло ему понадобиться?

— Накрой чай в малой гостиной. Я спущусь.

Глава 12

— Лорд Беркли...

Дед Эвелин оборвал себя на полуслове, когда я вошел в гостиную, и ему представилась возможность меня рассмотреть.

Он скользнул взглядом по моему лицу, опустил его ниже и поднял, вновь вернувшись к лицу, и так несколько раз, пока не взял себя в руки и не отвернулся.

— Доброго вечера, сэр Эдмунд. Прошу, располагайтесь, — я кивнул ему и прошел к одному из двух кресел напротив камина. Между ними стоял уже сервированный к чаю стол.

— Где же вас так приложило?.. — пробормотал он и последовал моему приглашению.

Пришлось стиснуть зубы, чтобы опуститься в кресло без стона.

— У вас, должно быть, трещина на ребрах.

Вам бы доктора... — проговорил он с искренней, подкупающей заботой, проводив меня внимательным взглядом.

Не возникло даже желания сказать в ответ какую-нибудь резкость. Например, что мое здоровье — не его, в общем-то, дело.

— Если я не вовремя нынче, милорд, то... — пожевав губы, вновь заговорил он.

Смотрел он на меня почти по-отечески. Это вызывало целую бурю чувств, которых я предпочитал избегать всеми силами.

— Все в порядке, не беспокойтесь. У вас ко мне какое-то дело?

Да, было грубо с моей стороны задавать столь прямолинейный вопрос и пропускать стадию светской беседы.

Но я всегда предпочитал сразу переходить к сути. И мое самочувствие совсем не располагало к пустой болтовне.

Старик поиграл бровями, оценив мою прямоту.

— Скорее просьба...

Усилием воли я подавил зародившийся в груди вздох. Я бы подумал, что он хотел денег, но сэр Эдмунд был не похож на человека, который станет просить о таком. Значит, речь шла о чем-то более серьезном.