Теперь Мишель живет в провинциальном городе и должна работать по восемь часов в день, причем в любой момент Ренат Ибрагимович может проверить по видеонаблюдению, не отлынивает ли дочурка от служебных обязанностей.
Какое жестокое наказание!
— Полгода я тут должна оттрубить, — плачет по вайберу Мишель. — Тут такая дыра… Даже сходить некуда! Из магазинов — «Пятерочка» и «Монетка». Все! Ни одного бутика. Ночных клубов нет, бьюти-салонов нет, тренажерки нет… Господи!
— Но почему отец тебя туда отправил?
— Воспитывает.
Я же отказалась выходить за Айвэна! Поняла, что не смогу жить с нелюбимым человеком, и объявила, что свадьбы не будет. А папуля взбеленился.
— А может, это Айвэн от тебя отказался? Он еще не узнал, что ты изменила ему с моим женихом? — холодно усмехается Ева. — Ладно, до свидания, извини, у меня много дел, некогда болтать.
Восстанавливать отношения с предательницей она не собирается…
Зато Ева подружилась с друзьями Шведова — Егором Буланским и Полиной. Их малышу уже целый месяц, счастливые родители без ума от своего сокровища.
Шведов не может дождаться, когда у него тоже появится сын, первенец.
Любимый мужчина представил Еву семье. В первую встречу родители Макса держались скованно, смотрели на избранницу сына с благоговением, почти со страхом.
— Я им не понравилась, — удрученно заметила Ева после того визита.
— Очень понравилась! — возразил Макс, обнимая невесту и ласково целуя ее. — Они от тебя в восторге.
— Правда? Не заметила.
— Они тебя боятся. Ты для них неведомое существо, принцесса, аристократка.
Батя вообще сказал, что рта при тебе не откроет, чтобы чего не ляпнуть.
Еще две поездки к родителям — и старшие Шведовы немного раскрепостились. Сегодня мама водила Еву по мокрому саду с яркими осенними цветами и влажной черной землей и рассказывала, что и где обычно высаживает. А батя, смущаясь, продемонстрировал подаренные сыном модели локомотивов — собрал уже большую коллекцию.
Вечером Ева и Макс, обнявшись на диване, обсуждают визит.
— Вот видишь, а ты переживала! Теперь уже все хорошо.
— Думаешь? Мне очень хотелось бы понравиться твоим. У меня ведь нет родителей…
— О, они тебя полюбят. Тебя невозможно не любить, ты необыкновенная! — пылко восклицает Макс. — Кстати, маманя в эйфории, что ты ела фаршированный перец. Она боялась, что ты такое не ешь.
— А что же я ем? — улыбается Ева.
— Ну там… фуагра с трюфелями…"
"— Перцы были такие вку-у-усные! — блондинка мечтательно закатывает глаза.
