Но, конечно, деньги дам тебе без процентов и на неопределенное время.
— О-о…
— Отдашь Шведову, пусть он ненадолго успокоится. Хотя бы кидаться на тебя не будет. Ты сказала, что он грубиян?
— Он ужасный грубиян! — воскликнула Ева, тут же вспомнив о том, как мерзко Макс вчера обошелся с ней в ресторане.
— Ну вот. Отдашь ему часть денег, он поймет, что ты не отказываешься платить.
— Вы так добры ко мне… — Ева покачала головой. — Это щедрое предложение. Любой банк за кредит в один миллион потребовал бы сверху столько же.
— Может, еще у кого-то сможешь занять? У тебя же есть богатые подружки.
— Спасибо, Вадим Андреевич… Я очень благодарна за вашу заботу и ценю это. Но денег не возьму. Мне двадцать пять лет, вы не обязаны бесконечно заниматься моими проблемами. Вы и так уже два года со мной нянчитесь.
— Ева, о чем ты говоришь! Но квартиру и машину тебе все равно придется продать.
Девушка уныло вздохнула и совсем сникла.
— Я хочу тебе помочь, — юрист отложил ложку и внимательно посмотрел на Еву.
— Не отказывайся.
— Спасибо, Вадим Андреевич. Но… не надо. Я придумаю что-нибудь. У вас своя семья, тоже забот хватает.
Юрист подавил вздох. По его лицу невозможно было понять, что он чувствует. Возможно, он предложил деньги, потому что его замучила совесть, а когда Ева отказалась, испытал облегчение.
Тем не менее, девушке было приятно его участие. Сначала юрист ее шокировал, когда посоветовал согласиться на предложение Шведова и отработать долг, лежа на спине. А сейчас Вадим Андреевич растрогал Еву.
Она дотронулась до его локтя и грустно улыбнулась:
— Спасибо вам огромное.
*****
А в это время в другом районе города Макс Шведов жаловался на жизнь своему другу, Егору Буланскому.
— Чет тухло все… Как-то не так… Бл***, ну что со мной?
— А выглядишь отлично.
Буланский, тридцатидвухлетний бизнесмен, усердно катался в кресле по кабинету друга. Он проехал уже по крайней мере километр и не собирался останавливаться.
В отличие от товарища, который особой красотой не блистал, Егор был настоящим красавчиком.
По таким девушки сходят с ума. Густая темная челка падала ему на лоб, в серо-голубых глазах плясали веселые чертики.
— Ты стилиста, что ли, нанял, в конце-то концов, Макс? Впервые оделся прилично, а не как сантехник.
— А вот давай в адрес простых людей замечаний делать не будем? — поморщился Макс. — Ты забыл, что у меня папаня — машинист, а матушка — проводница?
— Но ведь не сантехники же!
— Дурень.
