Она не призналась, как горько ей было расставаться с галереей. Но в тот момент срочно понадобились деньги, так как требовалось внести крупную сумму за новый колледж Анечки…
— Кстати, о деньгах. Предлагаю возобновить наш договор, — вдруг быстро произнес Шведов.
Ева застыла. Взмах ресниц, судорожный вздох…
— Макс… Нет.
— Ева, пожалуйста, — с напором произнес Шведов. — Давай. Что ты вообще взбеленилась? Что произошло-то?
— Ты даже не понимаешь! — вскинулась девушка. — Как ты со мной разговаривал! Там, в ресторане."
"— Но ты убежала, бросила нас — меня, инвесторов! Отправилась в холл, чтобы потрепаться с сестрой, и зависла на полчаса! — возмутился Макс.
— Это невежливо. Уж ты-то должна знать этот самый… этикет.
— У сестры были проблемы, — тихо произнесла Ева и опустила глаза.
— Проблемы! А еще… Вот какого хрена ты с мужиками кокетничала?! Меня это просто взбесило!
— Я?! Кокетничала? Ты с ума сошел! Да я… помогала тебе! Поддерживала приятную атмосферу в компании!
— Поддержала. Помогла. Правда, — неохотно признался Макс.
— Спасибо.
— А ты меня обхамил и унизил, — обиженно выпалила Ева. — Вот она твоя благодарность.
Макс некоторое время молчал, справляясь с эмоциями. Потом глухо выдавил:
— Прости меня, Ева. Пожалуйста.
Девушка удивленно взглянула на Шведова. Услышать извинения она никак не ожидала. Вероятно, думала, что этот грубиян на такое не способен.
— Ева, прости меня, — уже громче произнес Макс. — И давай… продолжим. Возвращайся ко мне.
— Максим…
— Все твои вещи остались в доме. Тебе, наверное, их не хватает.
— Я хотела их забрать.
— Не забирай. Лучше сама возвращайся! Ева, давай продолжим. Наш уговор остается в силе. Ты согласна?
Глава 12
Над столом повисла долгая пауза.
Еве было стыдно признаться самой себе, но у нее гора упала с плеч от предложения Шведова. Все три дня разлуки она провела в подвешенном состоянии. Опять не знала, что делать, вернулась к тем же вопросам: продавать квартиру и машину? Брать кредит в банке? Взять денег у Вадима Андреевича? Обойти с протянутой рукой старых знакомых?
Или забыть о гордости, позвонить Шведову и сказать, что она готова быть его вещью, игрушкой… до тех пор, пока не закончится лето.
А Макс вдруг явился сам, увез в ресторан и даже попросил прощения!
Второй раз согласиться было гораздо легче, чем в первый. Потому что теперь Ева не тряслась от страха, она знала, что Шведов не маньяк и не извращенец. Более того, он сногсшибательный самец, способный довести до экстаза, наверное, любую женщину.
