Опасное материнство. Семья для сироты (СИ)

Но тут... на принцип пошел, что ли?

Егерю же, похоже, плевать - что ему прикажет Эмир, то он и сделает.

— Ах. — женщина морщится и прикладывает пальцы к вискам. — У меня от вас голова болит. Черт с вами, заходите и забирайте эти игрушки. Арина, замолкни хотя бы на минуту.

Развернувшись, тетя Света уходит в квартиру, полностью проигнорировав Арину, тянущую в ее сторону ручки.

“Свинья” — мелькает мысль. Как можно так обращаться с ребенком?

— Мне уходить? — подает внезапно голос Даниил.

— Нет, можешь остаться.

Парень опускает Арину на пол и та, игнорируя меня, бежит в квартиру. Я не успеваю ее перехватить и бросаюсь вслед за ней... Боже ж ты мой!

Оказавшись в квартире, я в шоке замираю. Здесь все прокурено, везде стоят пепельницы с бычками. Роскошь с бардаком и грязью - вот как можно сказать про квартиру Светланы. Часть лампочек в коридоре не горит, вещи неаккуратно висят кучей на вешалках в коридоре, сапоги и туфли свалены в углу. В соседней комнате ползает робот-пылесос, пытаясь сожрать капроновые колготки.

Даниил, который зашел вслед за мной, проводит пальцем по панелям на стене и задумчиво смотрит на посеревший кончик.

— Треш. — комментирует он. — Эмир, после этой квартиры я еду домой.

— С хрена ли? — интересуется Эмир, а Даниил пожимает плечами.

— Придется принять душ. По-моему, тут даже не проветривают.

— ОКРщик хренов. Езжай. — хмыкает Эмир, а я заглядываю на кухню. На столе друг на друге стоят грязные тарелки, а под ним - пакеты из-под доставок.

— Я тоже пойду вымою руки. — в ужасе произношу я, как из другой комнаты выбегает Арина, притаскивая потрепанного плюшевого тираннозавра.

— Я покажу, где туалет! — радостно кричит она, распахивая одну из дверей и щелкая выключателем. — Вот! Я тут писаю!

Я мрачно смотрю на небольшое помещение, выложенное заляпанной белой плиткой. Как там было? “Беленький унитаз”? Он не беленький, Арина, он уже желтенький.

— Спасибо... — вздыхаю я. — Попозже помою.

Дома. Или у Эмира. Я внезапно чувствую, как в животе резко колет и охаю. Что это? Ужасно неприятное ощущение. Такое разве нормально? Поискав взглядом, я смотрю на кушетку возле входа и осторожно сажусь на нее, согнувшись креветочкой. Так боль легче переносить. После ловлю на себе сразу два внимательных взгляда - Эмира и Арины.

— Все в порядке. Просто заболел живот. — сообщаю я им.