На снимках — милый ребёнок, совсем юное существо с розовыми щёчками и восторженными синими глазами. Минимум косметики, скромная одежда. Сразу видно — домашняя девочка, явно не из тех, кто шляется по ночным клубам и ищет приключений на свою задницу. Вот общее фото на получении дипломов в колледже, вот Дарья в офисе рекламного агентства, вот с букетом цветов позирует перед школой — брат Серёжка пошёл в первый класс… Миллион фотографий собаки — рыжей корги по имени Бонни.
Есть ли у Даши парень? На снимках его не видно, но это не означает, что его нет.
Вероятно, девушка не спешит выставлять напоказ свои отношения. Трудно предположить, что у такой умницы и красавицы нет жениха. Вдруг Даша готовилась к свадьбе? Мечтала о красивом платье, о букете невесты. Белая фата — символ невинности — в её случае была бы совершенно уместна, ведь она и была невинным ребёнком, пока по трагической случайности их с Матвеем пути не пересеклись…
Всматриваясь в открытое личико с ясным взглядом, Матвей был готов завыть от бессилия и отвращения к себе.
Невозможно исправить то, что он сделал, ничего нельзя изменить. По сути, он изнасиловал ребёнка. Она просила его остановиться, а он решил, что присланная в подарок шлюшка играет, сопротивляется, чтобы добавить остроты ощущениям.
Теперь ему до конца жизни гореть в аду. Такое нельзя себе простить, этот камень на его совести будет лежать вечно…
Снизу, из клуба, уже доносился гул — начался поединок, публика поддерживала участников. Матвей поднялся из-за стола и устремился к выходу.
Спускался по лестнице, и по мере приближения к залу с октагоном, шум усиливался, пока не стал вовсе оглушающим. На ярко освещённом ринге сражались два бойца. Лицо одно уже было сильно окровавлено, глаз заплыл. Толпа вокруг октагона бесновалась, выла.
Артемьев выцепил из толпы Рустама, тот во время боёв занимался организационными вопросами. Пригнул парня к себе за шею и прокричал прямо в ухо:
— Как всё идёт, Рустам? Есть изменения в программе?
— Всё хорошо, Матвей Николаевич! — проорал в ответ Рустам.
— Тоже хочу поучаствовать. Смогу вписаться?
— Нет! Только если захотите выйти против Джибарова. Но он вас поломает.
Ещё бы, супертяжеловес Джибаров, гора мышц, относился к другой весовой категории. Двухметровый титан весил под сто шестьдесят килограммов и, казалось, в клетке у Артемьева против него нет шансов.
— Договорились. Я против Джибарова.
— Не советую, Матвей Николаевич!
— Пойду готовиться.
