Опасность

 — Черты его лица опять ожесточились. — Вы должны кое-что уяснить, Денси.

— То, что Флитвудам с моей стороны ничего не грозит, это верно. Но только до определенной степени.

— Что вы хотите сказать? Себастиан холодно улыбнулся:

— Если хоть один из них переступит черту, их не спасет и обещание, данное моей маме.

— О какой черте вы говорите? — осторожно спросила Прюденс.

— Если моя тетка или кто-либо из их семейки хотя бы намеком обидят вас — только дайте мне знать, и я их в порошок сотру.

— Я поклялся матери, что не буду мстить Флитвудам за то, что они повернулись спиной к ней и моему отцу.

Но по поводу моей жены не было сказано ни слова.

— Нет, Денси. Когда моя тетушка оскорбила вас — это было еще во время нашей помолвки, — мы с вами заключили сделку. Я бы и тогда уже поставил старую мегеру на место, но позволил вам меня разубедить.

— Ну что вы говорите! — воскликнула Прюденс. — Вы прислушались к голосу разума и решили вести себя достойно, как приличествует человеку вашего положения.

Себастиан вскинул брови:

— Я поддался на ваши уговоры, моя милая наивная маленькая Денси, просто потому, что мы тогда были только помолвлены, а не женаты.

— В то время мое положение было несколько рискованным. Я не хотел сердить свою будущую невесту до такой степени, чтобы она расторгла помолвку. И я сдался.

— Не сомневаюсь, поскольку, прежде чем уступить моим домогательствам, вы убедили себя, что я настоящий дьявол.

— Просто невыносимо! — Прюденс бросила на него яростный взгляд. — Вы хотите сказать, что теперь, когда мы женаты, вы считаете, что имеете полное право рассердить меня?

— Признаться, мне больше нравится, когда вы находитесь в хорошем расположении духа, моя дорогая.

Но все же теперь мы с вами связаны законными узами. — Себастиан провел пальцем по ее плечу. Она вздрогнула, и он удовлетворенно улыбнулся. — И помимо этого, связаны еще кое-чем, не так ли? Как бы вы теперь ни злились, вам не удастся улизнуть от меня.

— А если я это сделаю?

— Я пойду за вами и приведу вас домой, — пообещал Себастиан.

 — А потом мы будем заниматься любовью до тех пор, пока вы окончательно не забудете, почему вам пришло в голову сердиться на меня.

— Пока вы не поймете, что мы с вами составляем одно целое.

Прюденс заглянула в его глаза, блестевшие при свете свечи, и у нее перехватило дыхание.

— Я уже предупреждала вас, что разговорами о наших интимных отношениях меня вам не купить.

Он медленно улыбнулся:

— Да, но мне всегда нравилось бросать кому-то вызов.