Опасность

Себастиан предпринял робкую попытку:

— Вы очаровательны в этом платье, моя дорогая.

— В этом старье? — Она с презрением взглянула на свое коричневое муслиновое платье со скромным вырезом и темно-коричневыми оборками. — Странно, что я вам в нем нравлюсь, милорд. Оно ведь совсем не модное.

Себастиан, направив экипаж к парку, улыбнулся:

— С каких это пор вы стали следить за модой?

— Согласитесь, знать о современных веяниях моды теперь мой долг. Мне в этом неоценимую помощь оказывает Эстер. — Прюденс внимательно посмотрела на мужа.

 — Мы потратили сегодня изрядную сумму из вашего состояния, сэр, чтобы обновить мой гардероб.

— Надеюсь, это доставило вам удовольствие.

Может быть, покупкой новых нарядов Прюденс хочет досадить ему за ночное столкновение, подумал Себастиан. Если так, то можно считать, что он легко отделался.

Чуть раньше он послал ей записку с приглашением покататься с ним сегодня в парке, но был почти уверен, что она найдет предлог, чтобы отказаться. Несколько часов назад, когда Прюденс сбежала с этой пуговицей, в ее прекрасных глазах стоял холодный вызов.

По дороге домой — он возвращался с Бонд-стрит — Себастиан поклялся, что не допустит, чтобы она избегала его. Мужья и жены в Лондоне предпочитали заниматься каждый своими делами.

Это даже считалось модным. Супруги ухитрялись жить в одном доме и при обоюдном желании почти не видеть друг друга.

Прюденс нужно дать понять, что он не собирается превращать женитьбу в подобный холодный альянс, подумал Себастиан.

Он женился на ней, потому что от нее исходило тепло.

Какое же он испытал облегчение, когда увидел, что Прюденс спускается вниз, одетая для прогулки. Хотя она и злится, но, очевидно, не собирается открыто демонстрировать их разногласия. Видно было, однако, что она недовольна, и Себастиан решил поговорить на отвлеченную тему, — Итак, мадам, — сказал он, въезжая в парк, — у вас сегодня была возможность заняться моим расследованием. И что же вы узнали?

— Ни черта! — взорвалась Прюденс.

Похоже, ей пришлось долго сдерживаться. — Полное невезение, доложу я вам. Ни один владелец магазина не опознал пуговицу. Ах, Себастиан, я была так разочарована! День потерян… Абсолютно потерян!

Себастиан с недоумением смотрел на нее. Наконец до него дошло, что мрачное выражение ее лица вызвано отнюдь не их ночной размолвкой. Прюденс злится вовсе не на него, а потому, что ее расследование ни к чему не привело.

Себастиану это чувство было хорошо знакомо.