Опасность

— Вы действительно считаете, что я стал взломщиком? Прюденс прищурилась:

— Я допускаю, милорд, что, всеми силами пытаясь рассеять скуку, вы могли заняться каким-нибудь недостойным хобби.

— Другими словами, вы решили, будто я превратился в обыкновенного воришку. Я неприятно поражен, что вы обо мне такого низкого мнения.

— Полной уверенности у меня не было, — поспешила успокоить его Прюденс. — В конце концов, деньги вам не нужны. Все говорят, что вы богаты как Крез. Что же вы делали в спальне леди Торнбридж?

— Ваше первое предположение было частично верным.

— Что?! — Прюденс в изумлении уставилась на него. — Я вам не верю.

— Но это правда. Ожерелье вовсе не принадлежит леди Торнбридж…

Прюденс моментально заинтересовалась:

— Оно принадлежит одной светской даме, которая отдала его леди Торнбридж.

— Надеялась купить ее молчание, — тихо сказал Себастиан.

— Молчание? Леди Торнбридж шантажировала эту женщину? — догадалась она.

— Именно так. Когда леди Торнбридж потребовала еще драгоценности в обмен на дальнейшее молчание, жертва поняла, что конца вымогательствам не будет. Она решила предпринять какие-то меры, чтобы остановить леди Торнбридж.

Прюденс нахмурилась:

— И она обратилась к вам?

— Нет. К сыскному агенту с Боу-стрит по фамилии Уислкрофт. А он уже связался со мной. Видите ли, мы с ним заключили соглашение, по которому он мне рассказывает о самых интересных делах.

Прюденс, казалось, уже целиком была захвачена этой историей.

— И он пришел к вам?

— Как интересно! — едва выдохнула Прюденс. — Ну и как, нашли вы прошлой ночью ожерелье?

Лицо Себастиана расплылось в самодовольной улыбке.

— Где же оно? Что вы с ним сделали?

— Утром оно было возвращено своей законной владелице. Эту часть операции выполнил Уислкрофт.

В подобных делах я предпочитаю сохранять анонимность. Никто, кроме вас, Уислкрофта и моего друга по имени Гаррик Саттон, не знает о моем тайном хобби.

— Понятно.

— Потому что, прежде чем меня так бесцеремонно прервали — сначала вы, а потом Торнбридж, — я успел оставить в сейфе леди Торнбридж вместо ожерелья записку.

— Записку? — удивилась Прюденс. — Что же в ней написано?

— Только то, что происхождение леди Торнбридж на самом деле отличается от того, каким его представляют высший свет и лорд Торнбридж.