Опасность

Он понял — она сделала это инстинктивно, от естественной стыдливости в ответ на испытанную впервые в жизни столь откровенную мужскую ласку.

— Все хорошо, — порывисто прошептал он. — Я хочу узнать тебя всю и везде. Хочу узнать тебя так, как только мужчина может познать женщину.

— Да… Но это так странно. — Голос Прюденс звучал приглушенно.

— Ты же обожаешь все странное и необычное, — напомнил он ей, вновь нежно, но настойчиво раздвигая ее ноги. Он погладил горячей ладонью мягкие лепестки, спрятанные в шелковистых мягких волосах.

— Да, я знаю. Но… Боже! Себастиан, что ты делаешь? Там она была вся такая горячая и влажная, как он и ожидал. Палец Себастиана осторожно скользнул в гладкий, узкий канал, который судорожно сжался, обхватив палец будто тесной перчаткой. Ощущение было такое острое, что Себастиан едва не достиг высшей степени блаженства.

— Я… никогда… не думала… что это… — задыхаясь, призналась Прюденс, — так хорошо!..

Себастиан заглянул в ее широко раскрытые глаза:

Внезапно его собственное желание отошло на второй план.

Самым важным было дать Прюденс впервые ощутить вкус настоящей страсти. Он хотел, чтобы она познала радость истинного блаженства и была благодарна ему за то, что именно он открыл до того неведомую ей сторону жизни женщины. А сам он подождет. Вся ночь впереди.

Себастиан медленно извлек свой палец — в ответ Прюденс невольно сжала ноги, безотчетно прося его задержаться в ней. Себастиан, улыбнувшись, легонько коснулся ее нежного бутона и затем снова медленно ввел палец.

Прюденс издала невнятный звук — то ли крик, то ли стон.

Закрыв ее рот поцелуем, Себастиан продолжил свою ласку.

Вскрикнув еще раз, Прюденс вцепилась в его рубашку. Колени опять сомкнулись, лишив руку свободы действия.

— Милая, расслабься немного. — Себастиан осыпал жгучими поцелуями ее грудь. — Не бойся, раздвинь ноги. Вот так, моя хорошая. Пусти меня в себя. Глубже… еще глубже… — Прюденс на мгновение замерла и медленно раздвинула нежные бедра. — Ты такая теплая, — шептал Себастиан. — Я хочу почувствовать тебя там.

Снова и снова ласкал он ее. Наконец ему показалось, что она сможет впустить уже два его пальца. Он принялся медленно вводить их.

Прюденс ответила мгновенно. Тело выгнулось дугой. Рот раскрылся в беззвучном крике, и она отчаянно задрожала. Себастиан почувствовал, как волны страсти сотрясают ее тело, и ощутил такую признательность, какую не испытывал никогда в жизни.

Подняв голову, он вгляделся в лицо Прюденс.

— Как ты хороша! — прошептал он.