Опасные игры с реальностью 1

 — Говорят и столы будут обильные и выпивки от души. А я, господин Орлов, люблю пожрать. Тем более если в хорошей кампании, чего ж не сходить к княгине. Кстати, — уже на подходе к воротам, он меня прихватил за рукав и шепнул, покосившись на Агату. — Ух, хороша, ваша чертовка! Везет вам, Орлов!

Я был готов засмеяться, и пояснил ему тоже шепотом:

— Мне она просто подруга. Свободна для теплых отношений. Можете приударить.

— О!.. — он скруглил рот и чуть вытаращил глаза. Но дале говорить ничего не стал, видимо приятно потрясенный моими словами.

Поковырявшись, отыскал три пропускных бумаги где-то в складках одежды и протянул десятнику — того выделяла узкая красная лента поверх кирасы.

Не задерживаясь в саду, мы вошли во дворец и сразу поднялись по широкой беломраморной лестнице в зал приемов. Я сюда никогда не заглядывал даже в игре. Надо признать, дворец впечатлял. В разы богаче и просторнее, хорошо известного мне китежского, в котором заседал князь Дубров. По обе стороны зала вставало два ряда колонн, поддерживавших террасы.

Между колонн справа располагались столы, полные еды и всевозможных напитков. Возле столов ни стульев, ни табуретов не имелось. Такой подход на Гае назвали бы «шведским», но здесь вошла в моду традиция эльфийская, вернее леадорская, по которой долго сидеть за столом и уплетать за обе щеки, считалось предосудительным. По другую сторону зала имелось в достатке диванов и кресел: если кого не держат ноги, мог прислонить тяжелый зад там. И цветы: в зале было довольно много цветов, от чего в просторном зале казалось нарядно, а воздух полнили приятные ароматы.

— Ну, господин Орлов, как пожелаете: на время здесь расстанемся или вас представить княгине? Только вижу, она занята вроде, — Коробов стал справа от огромной цветочной вазы, пропуская дальше подошедших гостей.

— Я бы и сам представился, только бы знать кто здесь княгиня, — сказал ему я почти на ухо. — Знаете, будет нехорошо, если за княгиню сочту какую-то иную красивую госпожу.

— Ох вы шалун! — он отвел меня к соседней колонне, где четверо купцов уже пробовали вино и наклонившись ко мне сообщил: — Очень нравится мне подруга ваша.

Если вы правду говорите, будто она не более чем подруга, я бы с ней поболтал о всяком.

— Так болтайте. Агата это любит, — рассмеялся я. — Только главное покажите мне княгиню.

— Как же вы не видите? Вот же ее светлость, сама Славина, во всей славе и красоте! Я же вас на нее вывел, — Коробов кивнул, указывая как бы бородой в сторону от меня.