Опасные игры с реальностью 1

Я постоял еще немного у входа в таверну, глядя в сумрак опускавшейся ночи, сумрак, который забрал ее и, возможно, отдаст Сестрам Ночи. И подумалось, что в первый день знакомства с Ириной Башаровой я повел себя как… Верно она тогда сказала: «ты такой же урод, как те…». Зачем я на нее давил? Зачем я ее так унизил? Мои рассуждения, будто ей нужно пройти через «это», были лишь отмазкой в желании ее трахнуть. Ведь я реально мог помочь ей, по-человечески, ничего не требуя взамен. Но ладно, былого не вернешь. Осадочек, очень неприятный осадочек остался.

Докурив сигарету, я пошел смывать его вином. Сегодня решил выпить больше обычного, несмотря на то что завтра требовался совершенно трезвый ум: завтра утром должна состояться встреча с Элиан Олли Уэсси. Именно таким было полное имя высокопоставленной эльфийки.

Когда я вернулся в обеденный зал «Хрустального Филина», Агашимая допила свой шашми и с полным блаженством наблюдала зелеными глазищами, за моим приближением.

— Сершш, включи мне Моцарта, — попросила она, потянувшись с негой в кресле.

С музыкой моего родного мира я начал знакомить кеошерийку в тот же день, как перетянул сюда смартфон. Моя фонотека оказалась не богатой: маленькая сборка какой-то попсы — ее заливал для Лены, которая, к счастью от меня ушла; совсем немного классики — иногда хотелось послушать именно такое; и конечно мой любимый рок: Led Zeppelin, Jethro Tull, Black Sabbath и еще всякое, всякое, чего иной раз настойчиво требовала душа. К моей великой радости попса коше не зашла.

Рок она слушала, но лишь некоторые более мелодичные композиции, а вот классику полюбила сразу, особо Моцарта.

— Значит, Моцарт… — присев рядом, я положил на стол Самсунг и нажал кнопку плеера.

Агата завороженно смотрела на фантастическую игру красок на экране, когда раздались первые звуки Симфонии №40, коша, прижавшись ко мне, промурлыкала:

— Сершшш, я люблю твой мир! Как бы я хотела в него попасть!

Эх, детка, ты просто не знаешь, сколько в том мире дерьма. Причем не менее вонючего, чем в вашем.

И несмотря на это, я тоже его люблю. Я ковырнул ложкой остывшее жаркое с жирными кусочками оленины и налил в бокал вино — рубиновые отблески заиграли в свете бронзового светильника, и это было красиво. Не менее красиво, чем феерия на экране Самсунга. Подавальщица, проходя мимо с подносом, покосилась все же не на бокал вина, а смартфон. Еще бы — любопытно этой дамочке посмотреть, как прыгают цветные полоски эквалайзера и кружится метель из разноцветных искр.