Опасные любовные связи

Она увидела, как полыхают пятый и шестой этажи, как быстро распространяется огонь.

– Стой тут, Хэйли. Я пойду за ними, – сказала она.

Но, только Домино повернулась, Хэйли схватила ее за шею и повисла:

– Нет, ты не можешь! Это слишком опасно.

Домино стряхнула ее руки, взяла за плечи.

– Я должна, Хэйли. Это моя семья. Стой, говорю, тут, что бы ни случилось. Я сейчас.

Добравшись до города, он избавился от машины, которую нашла для него Джеки, и взял такси до места, где ждал его лимузин Линкольн Таун Кар. Он пропустил торжество в Нэйшнл Молл, но его собственный фейерверк оставил его более чем довольным.

Домино нашла их между вторым и третьим этажами. Пирс лежал под огромным куском отвалившегося потолка, и оба руководителя ОЭН кричали, кашляли, пытались освободиться. Смог был таким густым, что еще немного, и они погибли бы без воздуха. Легкие Домино горели, но она снова и снова пыталась поднять ломоть бетона. Но даже вместе с Грант они не могли справиться. Домино взяла раскаленный прут арматуры и сделала упор.

На рычаге ей удалось приподнять бетонную глыбу, Грант успела вытащить Пирса из-под обломков. У него были серьезно повреждены левая нога и рука, кровотечение было очень сильным. Но, подхватив Пирса с обеих сторон, Грант и Домино вынесли его наружу, преодолев, пять пролетов под градом падающих с потолка кусков бетона.

Они упали на крыльце, с красными глазами, кашляя и борясь со спазмами в горле.

Здоровой рукой Пирс кое-как обхватил Грант за шею и произнес:

– Слава богу, ты в порядке.

Хэйли бросилась обнимать Домино, та лежала, пытаясь восстановить дыхание. Над ними под вечерним небом неистовствовал пожар. Через пару минут Домино и Хэйли уже стояли неподалеку и смотрели, как здание рушится, оседая, а стены заваливаются внутрь.

Грант пыталась подняться на колени возле Пирса.

– Да сними уже с нас это, – попросил он Домино, тряхнув в воздухе браслетом наручников, которые до сих пор соединяли их с Грант.

– А потом что? Мне вас отпустить – и продолжите на меня охотиться, как на дикого зверя? Так далеко моя «благонадежность» не заходит.

– Ты знаешь, что по протоколу положено делать с отступниками. Ты нам не оставила выбора.

– Да я всю жизнь была с вами, – Домино стояла над ним, повернувшись к Грант, вспоминая ее анонимный звонок, ее предупреждение.

То, как встретились их взгляды, означало взаимное признание той связи, которая была между ними, что бы ни случилось.

– Думаете, я могу нанести вам урон? – сказала она Пирсу.