Смотрит, как ты сомневаешься, дёргаешься, и мысленно над тобой прикалывается. Забава у него такая. Весело же.
– Вот скотина!
– Но с другой стороны… Если бы ты нашла в штанах китайского дракона, можно было бы точно сказать – да, это он. А так… По-прежнему, ничего не понятно.
– Вот именно.
– Сколько ты выпила коктейлей, прежде чем потеряла голову?
– Четыре.
– Алкоголичка!
– Они были такие лёгкие, вкусные…
– Немудрено, что с катушек слетела. Я вот сейчас подумала… Ты смотришь на директора и думаешь – это он был в клубе.
Но если был бы шанс поставить рядом с боссом твоего варвара, то сразу бы выяснилось, что не так уж они и похожи. Просто у тебя нет возможности поставить их рядом, как в полиции на опознании делают. Вот! Как тебе моя версия?
– Ой, Лена… Я, наверное, скоро сойду с ума.
БОГДАН
После обеда в офис заезжает отец, ему обязательно надо держать руку на пульсе, он хочет проконтролировать, как я справляюсь в подразделении холдинга. Всё нормально, мы обсуждаем текущие контракты и новых партнёров.
Не знаю, были бы у нас с отцом такие близкие отношения, если бы я был его родным сыном. Но я приёмный. Моя мама – её звали Алисой – любила мужчин, вечеринки, вино и постоянно искала приключений на свою голову.
Вот как Кристина.
Меня нагуляла непонятного от кого, родила в восемнадцать, а в двадцать три познакомилась с успешным сорокалетним бизнесменом Романом Дмитриевичем Одинцовым. Очередной поклонник совершенно потерял голову, ну ещё бы, матушка у меня была умопомрачительно красивой.
Это знакомство решило мою судьбу, и это самое лучшее, что мама могла для меня сделать – вскружить голову дяде Роме.
Хорошо запомнил момент, когда они только начали встречаться. Дядя Рома всегда много работал и в очередной раз уехал в командировку. А моей молодой и весёлой мамке дома не сиделось. Она, как обычно, закрыла меня на ключ и отправилась с подружками в клуб потанцевать. Я тоже развлекался, как мог, что-то мастерил, шарил по шкафчикам в поисках необходимых деталей и, в конце концов, расху***л на кухне большую тарелку из «небьющегося» стекла.
Разбилось всё п****ц как хорошо – тарелка слетела с верхней полки, грохнулась на пол и разлетелась вдребезги.
Один крупный осколок вонзился мне в ногу, второй в запястье. Мне было всего пять лет, я сидел на полу и с интересом смотрел как из порезов сочится кровь. Вытащить осколки я не мог, было страшно и больно к ним прикасаться. Не знаю, как долго просидел.
