Пострадала, бедная, из-за моего разгильдяйства…
– Крис, давай-ка всё же поедем сейчас с больницу.
– Богдан, не надо. Это были побочные эффекты, они указаны в инструкции. Но уже всё закончилось.
– Думаешь? А если тебе снова станет плохо?
– Нет, я уже нормально себя чувствую. А уж по сравнению с тем, что было, так вообще прекрасно, – горько усмехается Крис.
Молчу довольно долго, злюсь на себя. Единственное, что успокаивает, это то, что в том местечке, от которого меня дико колбасит, у Крис всё нормально, там я ей не навредил, не поранил, не разодрал.
С трудом выдавливаю из себя извинение:
– Ладно, прости, что так получилось. Я виноват. Мне жаль, что ты пострадала.
Крис удивлённо смотрит на меня. Видимо, не ожидала, что я способен попросить прощения. Да я и сам не ожидал. Как-то раньше не приходилось извиняться. Жалеть девицу – это для меня непривычно, не припомню ситуации, когда испытывал сочувствие к тёлке.
Молчим ещё минуту, не двигаемся… А на диване снова возня.
– Маруся, спи, я кому сказала! – оборачивается Кристина.
Вроде бы говорит строго, однако на лице возникает слабая улыбка. – Да что же это за ребёнок такой непослушный! Спи!
Не тут-то было. Мелкое человеческое существо снова выбирается из подушек и одеял и крадётся к нам.
Опять обнимает маму за ноги и, отчаянно стреляя глазами, интересуется:
– А как тебя зовут?
– Маша, ты совсем меня не слушаешься! И потом, надо обращаться на вы, я же тебя учила, – смущается Кристина. – Это Богдан Романович, он мой начальник.
Почему-то мне очень приятно слышать, что я Богдан Романович, и что я начальник.
– А зачем ты пришёл? – не унимается малёк.
А вот это я и сам хотел бы знать! Чего припёрся на ночь глядя?
– А ты мне ничего не принёс?
– Маша! – уже в отчаянии кричит моя подчинённая. – Что ты говоришь! Так же нельзя!
Я присаживаюсь перед малявкой, осторожно сжимаю в руках её крошечные ладошки. На Маше пижама с котятами. Козявка такая ничтожная, что даже сидя на корточках, я смотрю на неё сверху.
– Извини, лапушка, я без подарка.
– В следующий раз не забудь, хорошо? – строго говорит лягушонок. – Я люблю слаймы.
– Маша, не попрошайничай, как тебе не стыдно! – чуть ли не рыдает над нами Кристина. Но у нас свой серьёзный разговор.
– Слаймы – это что?
– Это вау! Их жмёшь, давишь, тыкаешь, потом ррррастягиваешь. Ты в интернете посмотри.
– Хорошо, договорились.
Поднимаюсь и смотрю на Кристину. Вот теперь она уже не бледная – покраснела, смущённо прячет глаза.
