Опасные партнёры

Остановившись у подъезда, водитель вытащил из багажника мой чемодан, а директор вручил мне коробку с подарком для Маруси.

– Подниматься не буду. Передай сама, хорошо? – хмуро буркнул он.

– Да, передам. Спасибо, – скованно произнесла я.

– Звонить и благодарить необязательно. Не напрягай ребёнка.

– Почему? Нельзя не поблагодарить за подарок. Это некрасиво.

– Ну, как знаешь… Смотри сама.

После этих слов Богдан отправил водителя помочь мне с чемоданом, а сам вернулся в машину и уткнулся в планшет. Непонятно, куда делся его айфон.

Хорошо, что дома меня ждали дочка и подруга. Едва переступив порог, я очутилась в их объятиях. Вопли, радостный визг. Если бы не это – наверное, я сразу бы бросилась на кровать и принялась рыдать.

– Ты вернулась какая-то… надломленная, – проницательно заметила Лена. – Что случилось? Рассказывай.

Конечно, я сразу же всё вывалила подруге. Но сначала пришлось разобрать чемодан, ребёнок ждал подарков. Маруська верещала и прыгала вокруг меня. А когда мы открыли коробку от Богдана, замерла, перестала пищать и дышать.

– Ах! Ааааааах! – прошептала она, вынимая кукол и баночки со слаймами. – Дядя Богданчик, родненький… Какой же ты хороший! Я тебя обожаю!

Вот именно этого я и боялась. Что мой ребёнок начнёт придумывать себе сказку, как это уже сделала я. А Богдан вовсе не хороший. И обожать его не надо!

Пока Маруська упивалась подарками, перекладывала, рассматривала, охала и ахала, мы с Леной ушли в ванную. Не буду же я жаловаться на «дядю Богданчика» при ребёнке.

– Эх, а я почему-то надеялась, что из Испании ты вернёшься уже с бриллиантовым колечком, – расстроилась Лена, выслушав мои горестные признания.

 – Зря мечтала! Богдан – полный кретин. Но если подашь заявление на увольнение, тогда кретинкой будешь ты. Крис, не вздумай!

– Лена, но я не смогу больше находиться с ним в одном офисе. Не смогу! Представь – сталкиваться в коридорах, отчитываться перед ним на совещаниях… Это ужасно, это больно! Нет, я не хочу.

– Лучше не рыпайся. Судя по тому, как ты всё описываешь, какая-то совесть у Богдана имеется.

Видимо, он переживает, что поступил с тобой по-свински. Да, он идиот, однако, какие-то проблески сознательности у него наблюдаются. Смотри, он даже извинился. Подумать только!

– Угу, извинился. После того, как подсунул меня Гущину!

– Но он раскаивается. И Богдан ничего тебе не сделал за пощёчину, а ведь мог бы за волосы оттаскать. Знаешь, мужики сейчас с бабами особо не церемонятся. Ты ему пощёчину, а он тебе две в ответ.