– Так океанисто, что ты жив! – Шари и Блю снова заключили Ноя в объятия, отчего надкусанная котлета выскользнула у него из пальцев и упала на песок, где её тут же подхватила голодная серебристая чайка.
– Так, самое важное мы узнали – а теперь марш в медицинский кабинет и отдыхать! – объявил Джек Кристалл, и миссис Мисаки препроводила блудного сына в главное здание. Вместе с его родителями и, конечно, Холли. Она всё ещё к нему липла.
Наш директор обратился к сияющей мисс Уайт:
– Это надо отпраздновать! В «Океане» на следующей неделе будет живая музыка – сходим туда вместе?
Я и все, кто это слышал, затаили дыхание.
Он так часто приглашал её на свидание – и всякий раз она отказывалась. Но сейчас она была в прекрасном настроении… и, чуть помедлив, ответила:
– Почему бы и нет?
Ух ты! Может, они всё-таки сойдутся? Мы с Крисом и Финни многозначительно переглянулись.
Когда учителя отправили нас обратно на занятия, я чувствовал себя лёгким, словно шарик с гелием, – того и гляди улечу. Да, в школе много чего разрушено, и на ремонт требуются деньги, но с финансовыми трудностями мы справимся.
Главное – Ной жив! С сегодняшнего дня мы сможем вплотную заняться планированием этих дурацких дней открытых дверей и подготовиться к тому, что скоро здесь будет бродить куча обычных людей.
Не так давно я считал себя одним из них.
В обнимку с осьминогом
– Эй, а ты классно управляешься с дрелью, – похвалил Рокет нашего гостя, когда мы на следующий день ремонтировали столовую. – Ты этому учился?
– Нет, я рос пумой, – сказал Караг, выковыривая вату из ушей.
– Но сверлить мне нравится. Только очень уж громко.
– Может, в прошлой жизни ты был дятлом, – пошутил я, и Караг заинтересованно посмотрел на меня:
– Разве жизней несколько? А можно тогда выбрать себе обличье?
– Плохие новости: думаю, нет, – сказал Рокет, превратив зубы в крысиные. Мистер Гарсия, улучив свободную минутку, показал ему частичные превращения, и с тех пор он постоянно упражнялся. Если будет продолжать в том же духе, то скоро меня в этом превзойдёт.
Мы наблюдали, как Элла помогает восстанавливать школу. В рабочем комбинезоне и в кои-то веки без макияжа, она энергично покрывала новым слоем белой краски стены холла, пострадавшие во время наводнения.
– Красота! – сказал я ей.
На какой-то миг Элла, казалось, забыла, что мы враги.
– А то! – довольно кивнула она. Кому-то ещё придётся сообщить ей, что белая краска забрызгала ей лицо.
Чем ближе надвигались дни открытых дверей, тем сильнее мы нервничали.
