Опасный инстинкт (СИ)

Ева трепыхалась как пойманная в силки рыба, испытывая настоящий животный ужас. Она здесь совершенно одна, пьяная и голая! Даже если она начнёт орать как резанная, её никто не услышит!

Кто он, чёрт побери, такой?

Мужчина вышел на берег и, закинув девушку на плечо, словно безвольную тряпичную куклу, потащил прочь от океана.

— Отпусти меня! Какого хрена? Слышишь! Отпусти немедленно! — сплёвывая воду, визжала Ева, хаотично колотя кулаками по широкой мужской спине. Глаза щипало от разъедающей соли, и единственное, что она видела, это черный мокрый песок и мелькающие пятки незнакомца.

— Ты совсем, что ли, чокнутая? Утопиться вздумала? — перебивая шум ливня, прокричал незнакомец.

— Ты что — русский? — удивилась, услышав родную речь, на мгновение забыв о страхе. Какое счастье, что это не кто-то из местных озабоченных обезьян!

— Как видишь — да, русский, тебя это удивляет?

— Какого дьявола ты себе позволяешь? Кто ты? Очередная шестёрка Омарова? Так вот, можешь ему передать, пусть катится на все четыре! И отпусти меня уже на землю, кому говорю! — болталась за его спиной Ева.

— Я не знаю, кто такой Омаров, но знаю, что ты пьяная сумасшедшая, решившая свести счёты с жизнью столь нелепым способом. Ты хоть знаешь, как выглядят утопленник после того, как тело выбрасывает на берег? Если выбрасывает, конечно...

— Ты совсем больной? Не собиралась я топиться! Я просто... хотела искупаться!

— В шторм? Тогда ты ещё более чокнутая, — усмехнулся, перехватив её поудобнее.

Океан остался позади, но мужчина и не думал замедлять шаг.

— Куда ты меня тащишь?

— В грот, переждать стихию, — ответил он и, подойдя к расщелине в скале, аккуратно, чтобы не ударить девушку об острые камни, протиснулся внутрь.

В пещере было холодно, но по крайней мере на голову не лилась тонна ледяной воды. Бережно опустив Еву на землю, мужчина случайно (или нет?) коснулся ладонью её обнажённой груди, за что тут же получил ощутимый удар под рёбра.

— Э, полегче, разве так поступают со спасителями? — добродушно пожурил он и снова получил затрещину:

— Предупреждаю: я занималась муай-тай, так что если ты хотя бы просто попробуешь распустить свои грязные лапы и забраться ко мне в трусы…

— Я не занимаюсь сексом с дикими кошками, боюсь заразиться бешенством.

В гроте было темно — хоть глаз коли, Ева до сих пор так и не увидела его лица, но ощущала терпкий аромат любимого Хьюго Босс, и уже за одно это не могла начать его ненавидеть.

Раздалось тихое шуршание и звук открываемой «молнии».