Опасный маршрут

Кудрявцев пошел в гараж театра – да, в тот день машина театра перевозила декорации «Бориса Годунова» после спектакля в Доме культуры. Кудрявцев зашел в отдел кадров театра и узнал фамилию шофера…

Вот только тогда начальник отдела кадров решил поинтересоваться анкетой нового шофера: что он за человек, в конце концов? То он не дает покоя Коле Боркову, а то вот и из госбезопасности спрашивают… Анкета была в полнейшем порядке. Начальник уже хотел было спрятать личное дело, как вдруг, пробегая взглядом по автобиографии, написанной шофером, заметил давно умершее обозначение «КрымАССР».

Да, шофер Гудков своей рукой написал, что с сорок девятого по пятьдесят первый год он работал шофером в «Союзтрансе КрымАССР». А Крым в это время автономной республикой уже не был. Начальник отдела кадров разыскал в театре Колю Боркова и попросил его сказать новому шоферу, чтобы тот зашел утром к нему.

Потапов продолжал жить в страшном напряжении. Окаемов пропал. Уже столько времени не было и намека на появление его в зоне института Вольского.

Потапов часами снова и снова продумывал расстановку сил своей группы: нет ли где незаметной щели, в которую враг может пролезть? Ведь если что-нибудь случится, никто не убедит его в том, что он не виноват, что он, мол, делал все, что мог. Виноват будет он и только он. Ощущение неизмеримой тяжести возможной своей вины Потапов никак не связывал со своей личной судьбой. Что значит он со всей своей жизнью перед возможностью несчастья? Сердце его холодело при мысли, что вот сейчас, пока он беспомощно думает, враг действует.

Стук в дверь прервал размышления Потапова. В кабинет вошел Кудрявцев:

– Разрешите доложить, товарищ майор. Я узнал номер машины. Помните, той, что останавливалась около института? Это была машина оперного театра. Номер МЭ-64-07. Фамилия водителя Гудков. Он вез царский трон из оперы «Борис Годунов».

– Ну и что? – Потапов раздраженно смотрел на Кудрявцева.

– Ничего, товарищ майор. Докладываю…

Царский трон… опера «Борис Годунов» – это уже было похоже на чепуху.

Потапов зашел к полковнику Астангову. И как только открыл дверь его кабинета и увидел его, сразу почувствовал – случилось что-то очень важное. Полковник сидел за стеклом с окаменевшим лицом, держа перед глазами лист бумаги. Он будто не заметил вошедшего Потапова. А увидев его у стола, нисколько не удивился и передал Потапову лист бумаги:

На листе бумаги тремя аккуратненькими столбиками были записаны пятизначные цифры.

– Да, Потапов.