Опасный подарок

Будь что будет…

– А далеко ещё? – спросила обречённо.

– Уже почти приехали. Давай-ка, возьми себя в руки.

– Вадим Антонович… А этот день… Он будет учитываться? – спросила Юля и замерла в ожидании ответа.

– Как ты читала договор? Твоя отработка начинается, когда я передам тебя в руки Хабарову.

– Тем не менее, такой пункт там был. Ты просто невнимательно читала.

Юля проглотила возмущённый ответ, не стала спорить.

После часа езды по лесу, внедорожник в конце концов достиг цели и остановился.

Умолк шум мотора, хлопнули одна за другой две двери – путешественники выбрались из пикапа. Их сразу обступила тишина, нарушенная только пением лесных птиц и шорохом крыльев.

Юля изумлённо озиралась. Обойдя внедорожник, она увидела в стороне от дороги небольшой одноэтажный дом из тёмного бруса с плоской крышей и панорамными окнами.

– Игнат, а вот и мы. Привет, дорогой. Принимай свой подарок, – сказал Манежин.

Юля взглянула на мужчину, бесшумно возникшего из дома, и у неё оборвалось сердце…

Вот тот, кому она предназначается в подарок.

Но ведь он… зверь, злой и беспощадный! Это было ясно с первого же взгляда. Мужчина всего лишь сделал шаг с небольшого крыльца в сторону гостей, но он уже подчинил всё вокруг, подмял под себя, накрыл своей яростной аурой.

Ему на вид было лет тридцать пять, возможно, больше или меньше – она плохо определяла возраст на глаз. Хабаров был одет в штаны-джоггеры и чёрную футболку, которая плотно обтягивала его мощные плечи.

Бицепсы бугрились, по левой руке бежала вниз к запястью сложная татуировка.

Спортивная одежда не скрывала достоинств мужской фигуры – хотя для Юли эти достоинства таили угрозу. Тело мужчины, сплошь состоявшее из гибких мускулов бойца, было крепким, широким, крупным.

Юля подняла голову и нерешительно посмотрела ему в лицо. Оно не было особо привлекательным, скорее грубоватым, резким, но в другой ситуации можно было бы признать, что Хабаров обладает особой мужской красотой.

Во всех чертах сквозила и чувствовалась сильная воля – в твёрдом подбородке, покрытом щетиной, в сжатых челюстях, в сосредоточенной складке между густых тёмных бровей.

Глаза – такого же карего цвета, как у самой Юли и у её брата – горели жадным огнём, они напоминали янтарные глаза хищника, увидевшего добычу и сделавшего стойку.

Юля смотрела на Хабарова, как загипнотизированная.