Постепенно боль отступает, она словно растворяется в волнах возбуждения. Ведь за секунду до того, как Данила расправился с моей девственностью, я почти приблизилась к границе оргазма.
Тянусь к милому губами, и он с готовностью завладевает моим ртом и одновременно возобновляет движения бёдрами. Первые несколько фрикций ещё отзываются тупой болью, но потом всё перекрывает горячий поток возбуждения, который поднимает меня всё выше и выше, пока перед глазами не вспыхивает разноцветный фейерверк.
С глухим рычанием Данила тоже взрывается оргазмом, я чувствую, как внутри меня содрогается его член.
Некоторое время мы лежим обнявшись, и я не могу говорить, боюсь заплакать от шквала нахлынувших чувств. Сердце плавится от любви к моему мужчине. Он удивительный, бесподобный, самый лучший!
Хочу, чтобы мы всегда были вместе.
*****
Ещё несколько минут лежим и обнимаемся, это момент нежности и умиротворения. Пальцем рисую узоры на груди Данилы, он дышит мне в макушку, гладит по волосам, щекочет ухо…
Привыкаю к своему новому качеству: наверное, это смешно, но я испытываю гордость, осознавая, что стала женщиной.
Теперь я совсем взрослая.
Вдруг с ужасом подпрыгиваю, стаскиваю одеяло и даже пытаюсь сдвинуть Данилу.
— Что, куда, зачем? — делает круглые глаза мой мужчина. — Ты чего подорвалась, солнце?
Это я испугалась, что мы испортили роскошное постельное бельё. По крайней мере, у себя на внутренней поверхности бёдер обнаруживаю следы крови.
Но простыня в порядке. Фух, пронесло!
— Да о чём ты переживаешь, глупышка, — смеётся Данила и с удовольствием снова растягивается на кровати.
— После нас придёт клининг и всё тут уберёт. У Демьяна Андреевича даже и мысли не возникнет, что мы в его спальне нагло дебоширили. В смысле, занимались любовью.
— Правда? — недоверчиво смотрю на красавчика, который на фоне тёмно-синих блестящих простыней выглядит как итальянская скульптура Эпохи Возрождения. Настолько хорош. Кажется, в его теле нет ни одной непрокачанной мышцы. И ни грамма жира.
— Правда. Я ведь напросился в гости, только чтобы показать тебе аху… бомбический вид из окна.
— Ой… А мы… — хлопаю ресницами.
— А мы, бессовестные, не оправдали оказанного доверия, — серьёзно говорит парень. — Устроили тут полный разврат.
Наконец до меня доходит, что Данила прикалывается. Он со смехом хватает меня за руку и тянет обратно в постель, начинает тискать и целовать.
— Малышка, пойдём сполоснёмся, а потом посмотрим, что у миллиардера в холодильнике.
