На нас оборачиваются, смотрят, но мне всё равно, какое я произвожу впечатление на людей. Я тону в своём ужасном горе, проваливаюсь в него, как в обжигающую адскую бездну.
— Всё, я должен идти."
"Данила заставляет меня поднять голову и накрывает мои губы поцелуем. Наш поцелуй солёный от слёз, пропитанный горечью расставания, и в то же время безумно сладкий…
— Данилушка… Ты только вернись, ладно? Пожалуйста, не бросай меня… Я умру без тебя… — шепчу, отрываясь на секунду от любимого, и набираю ещё воздуха, чтобы снова прильнуть губами к любимому.
— Конечно, я вернусь! Что ты придумала, глупая… Куда я от тебя денусь, малыш? Я же тебя люблю…
27
ДАНИЛА
Признание прозвучало, и меня накрывает осознанием того, что я действительно безумно люблю эту девчонку, которая сейчас прижимается ко мне и захлёбывается слезами.
Это не мимолётная влюблённость, и не животная страсть, не жажда обладания, а самая настоящая любовь — когда расставание превращается в пытку, когда нежность вынимает душу, когда хочется сжать в объятьях до хруста костей и не отпускать, не отпускать, не отпускать…
— Правда любишь? — недоверчиво переспрашивает глупышка.
— Правда. Очень-очень. Обожаю тебя, малыш…
Подхватываю Лерку под попу и начинаю кружить, пока она всхлипывает и обнимает меня за голову, запускает пальцы в волосы.
Две сотрудницы аэропорта, охраняющие выход на посадку, которые минуту назад смотрели на нас с тревогой и сочувствием, теперь улыбаются.
Ещё раз хорошенько целую на прощание мою малышку. Залила всё слезами, дурочка маленькая, у меня самого теперь щёки мокрые. Хочу впитать её вкус, запомнить надолго это блаженство, ведь впереди полмесяца разлуки.
Грёбаной, бл**ь, разлуки!
Всю дорогу, пока Лера едет домой в такси, а я тусуюсь в зале вылета, мы не выключаем телефоны, чтобы видеть друг друга. Теперь нас ждёт общение через экран. Но спасибо и на этом, могло быть гораздо хуже, как в давние времена, когда ещё не изобрели видеосвязь.
— Всё, Лер, отключаюсь, мы сейчас взлетаем.
— Данечка, позвони мне ещё, пожалуйста.
— Конечно. Пока, малыш. Люблю тебя.
— Хорошего полёта… Я тоже тебя люблю… — жалобно лепечет севшим от слёз голосом несчастная девчонка. Сердце разрывается от её вида.
Но я же предлагал полететь вместе! Как было бы здорово! Сейчас не ревела бы, а устраивалась поудобнее в соседнем кресле.
