С учёбой проблемы? Тебя кто-то обидел? Может, тот красавчик на иномарке?
Вздрагиваю и медленно поворачиваюсь к маме. Она попала точно в яблочко.
— Красавчик?
— Соседи уже спрашивают, кто мою дочу подвозит на офигенной тачке.
— Он больше не приедет, мама, — бубню глухо. — Мы поссорились.
— Ты поэтому такая несчастная?
— Угу.
— Доча, а он тебе ничего плохого не сделал?
— Только гадостей наговорил выше крыши.
— Вот же ж подлюга!
— Да. Тот ещё.
— Лерусь… — мама мнётся. Наверное, сейчас заведёт знакомую песню, что у неё загадочным образом испарился аванс, и теперь даже картошки купишь.
— Ну что, мам?
— А ты у меня случайно… не беременная?
— Нет! — подпрыгиваю на кровати. — У нас же ничего не было!
— Уф… От сердца отлегло! Но тогда понятно, почему этот фраер бесится! Не удалось девчонку испортить, вот он и злится… А хочешь Петруша ему вывеску подправит?
— В смысле? Какой-такой Петруша? — удивлённо хлопаю глазами.
— Да Петенька наш! Который тебя от Коляна спас и замок новый врезал, — мама кивает на дверь.
Ах, вон оно что! Оказывается, Халк — это Петенька. И он уже каким-то образом стал «нашим».
Внезапно замечаю, что мама выглядит… необычно!
Во-первых, она совершенно трезвая. Во-вторых, при макияже! Накрасила глаза и губы… А ещё помыла голову и подкрутила волосы, и вдруг оказалось, что не так уж сильно они у неё поредели, ещё много осталось. И даже выглядят хорошо, блестят.
— Мамуль, а ты почему такая красивая? — спрашиваю осторожно. Уж не собирается ли она пригласить в гости целую толпу, потому и принарядилась?
— Так Петруша на свидание позвал, — застенчиво признаётся моя непутёвая родительница.
— На свидание… Но он, вроде бы, уже у нас ночевал?
Вспоминаю, как огромный волосатый орангутанг прыгал по моей комнате.
— Ночевал, что ж… Мы же взрослые, доча. А теперь Петруша решил пригласить меня в кафе.
— Пить будете.
— Лерусь, я же капельку! Самую малость. И только если Петенька мне разрешит.
— Лучше пусть не разрешает!
— К сожалению, он тоже считает, что мне пора завязывать.
— Вот! Правильно.
Понимаю, что Халк нравится мне всё больше.
А Данила Ангелов — всё меньше!
*****
Во вторник перед занятиями встречаемся с Зоей в мраморном вестибюле университета.
— Как ты, Лаврик? — с сочувствием оглядывает меня подруга. Мы раздеваемся в гардеробе. — Всё ещё страдаешь?
— Нет, я в порядке.
— Что-то не заметно! Совсем от тебя ничего не осталось! Одни глаза — такие несчастные. Сердце кровью обливается.
— Ничего, я справлюсь.
