Впервые за долгое время мама разумно потратила зарплату, а не спустила её на выпивку в первые же дни… Я едва не разрыдалась, когда она продемонстрировала мне новые вещички. Ей сто лет не приходило в голову, что можно вместо водяры купить красивое платье. А сейчас мама его примерила, и я увидела её прежней — такой, какой она была в моём детстве…
— Лер, ты чего так напряглась? Если что, всё за мой счёт, конечно же, — замечает Данила и ласково сжимает мою руку.
Его поведение сейчас и раньше — это небо и земля.
Я теряюсь, всё ещё не могу привыкнуть…
— Что это ты будешь за меня платить! Я и так тебе должна за одежду. Но я планирую всё вернуть с первой зарплаты.
Наш автомобиль разворачивается на светофоре и ловко втискивается в узкий зазор на парковке прямо у входа в ресторан. Повезло так повезло!
— Ле-е-ер, — укоризненно качает головой Данила. — Хватит тебе, не выдумывай! Я сразу сказал, что ничего не надо мне возвращать. А если будешь со мной спорить… — Угрожающе щурится, придвигается ко мне, секунду смотрит на мои губы, а потом впивается в рот жадным поцелуем.
Вздрагиваю от неожиданности, но тут же невольно закрываю глаза. Всё моё существо растворяется в сиюминутном блаженстве. Едва язык Данилы проникает в рот, я проваливаюсь в пылающую бездну, но тут же взмываю вверх невесомым пёрышком. По венам разливается наслаждение, а голова совсем пьяная, и сердце бешено стучит…
— Лера, Лера… — как в забытьи шепчет парень, чьи губы терзают мой рот и сводят с ума. — Какая же ты… У меня от тебя башню рвёт…
15
ЛЕРА
Наконец мы с трудом отрываемся друг от друга.
Как добровольно отказаться от такого блаженства? Оба тяжело дышим, Данила выглядит совершенно пьяным, я, скорее всего, тоже… Шарф размотался, шапка куда-то уехала, волосы растрепались."
"Всё тело налилось тягучей истомой, я никогда такого не испытывала. Ощущаю, что соски напряглись, как от холода, грудь отяжелела, а там, внизу, что-то пульсирует, и хочется сжать посильнее бёдра, чтобы унять эту невыносимую, болезненно-сладкую дрожь…
— Так, пойдём, а то я за себя не ручаюсь, — глухо произносит Данила и резко открывает дверь автомобиля.
В ресторан мы заходим снова рука об руку. Ледяной Принц, внезапно растаявший, не желает выпускать мою ладонь, словно ему хочется заявить на весь белый свет, что мы пара.
А это так? Вдруг Данила просто решил надо мной посмеяться? А я уж напридумывала себе невесть что… Голова до сих пор кружится после сумасшедших поцелуев в машине.
