Мы долго идем, пока наконец-то не заходим в один из павильонов, где на встречу нам встает со стула пожилой китаец. Они с Ярославом обнимаются, обмениваясь приветствиями на китайском. В павильон заходит молодая китаянка и тоже вступает в разговор.
— У нас сейчас будет дегустация в виде чайной церемонии. Садись, — он кивает мне на табуретку у невысокого столика.
Я послушно опускаюсь на стул, Яр садится рядом, продолжая трындеть на китайском. Это… необычно. Девушка ставит на столик перед нами деревянный поднос с поддоном, а на нем раскладывает глиняный заварник, большую фарфоровую ложку, две небольшие кружки и две рюмки.
Затем на газовую горелку ставит прозрачный стеклянный чайник, полный воды.
Китаец что-то говорит Ярославу.
— С какого чая начнем? — переводит он мне.
— А какой есть?
— Любой. Черный, красный, зеленый, белый, с различными добавками…
— Мне все равно, — вздыхаю.
Не знаю, что Ярослав отвечает. Китаянка открывает одну из больших банок с чаем, которые в ряд стоят на полке, черпает оттуда листья деревянной ложкой и насыпает их в фарфоровую.
Когда вода в прозрачном чайнике закипает, она заливает ею глиняный заварник до краев и накрывает его крышкой. Выжидает несколько десятков секунд и сливает всю воду в отдельную пиалу.
— У китайцев считается, что перед тем, как заварить чай, заварник нужно прогреть, — поясняет мне на ухо Ярослав.
— Ясно."
"Затем в пустой и прогретый заварник девушка насыпает чайные листья из фарфоровой ложки. Снова заполняет кипятком до самых краев, накрывает крышкой и выливает чай в ту же пиалу, в которую до этого слила кипяток.
После этого китаянка разливает из этой пиалы чай в глиняные рюмки, закрывает их сверху кружками, переворачивает и выливает в поддон.
— Китайцы считают, что первую заварку пить нельзя, — снова поясняет мне Ярослав.
— Понятно.
Затем китаянка проделывает всю эту процедуру еще раз, но уже не выливает чай из кружек, а дает их нам.
— Это красный чай, — говорит мне Никольский.
Делаю глоток.
— Не понимаю, чем он отличается от черного, — бурчу.
— И не понимаю, зачем все эти манипуляции. Почему нельзя просто залить листья кипятком и разлить по кружкам?
— Потому что это чайная церемония.
— И что? Зачем она вообще нужна?
— Ты ничего не понимаешь в чае.
Скашиваю на Никольского взгляд. Он с видом истинного ценителя смакует напиток и с довольным видом что-то говорит китайцу.
Ну да, куда уж мне до Ярослава.
Это все, наверное, длится часа полтора, а то и два.
