— Моя любимая, — Ярослав проходится дорожкой поцелуев по шее.
Из груди вырывается рваный вздох. Яр находит мои губы и припадает к ним. Я с наслаждением отвечаю на его жадный поцелуй, посильнее хватаясь за крепкие плечи.
Спешу вобрать любимый мужской запах глубоко в легкие. Земля под ногами плывет от услышанных слов и от того, как Ярослав меня целует. Мне хочется раствориться в этом мужчине. Несомненно, самом лучшем, самом умопомрачительном мужчине — мужчине моей мечты.
Оставшиеся дни ноябрьских праздников мы проводим в идиллии.
Не выходим никуда из квартиры и только наслаждаемся друг другом. Мне очень хорошо и уютно в этом маленьком мире из нас двоих. За окном льют осенние ливни, а в объятиях Ярослава тепло и спокойно.
Но выходные заканчиваются. И вот, в понедельник утром, Ярослав собирается в министерство, а я на встречу с Ломакиным.
— А ты чего так рано встала? — спрашивает, завязывая галстук.
Я крашусь у зеркала в его спальне. Обычно Ярослав уходит на работу, когда я еще сплю. У него рабочий день начинается ровно в 9 утра.
У меня позднее. Но сегодня я проснулась вместе с Никольским.
— У меня встреча.
— С кем?
— С источником, — гордо отвечаю.
Его правая бровь взметается вверх.
— Я твой источник.
— Думаешь, ты у меня единственный? — я закончила с ресницами и подхожу за платьем к шкафу, у которого стоит Ярослав.
Никольский тут же хватает меня за талию и притягивает к себе.
— Что еще за источники у тебя за моей спиной? — его лицо серьезно, но глаза улыбаются.
— Я не раскрываю своих источников.
Яр тихо смеется. Тянусь к его губам, быстро целую и выбираюсь из захвата.
— Буду с нетерпением ждать твою сенсацию.
— О, она обязательно будет. Застегни молнию, — поворачиваюсь к нему спиной.
Яр поднимает замок вверх и целует меня в шею, тут же разгоняя по телу волну мурашек. Этот мужчина никогда не перестанет меня волновать.
— Давай отвезу тебя? Где будет твоя встреча?
— Не надо. Я на такси.
— Почему не хочешь, чтобы я тебя отвез?
— Ярослав, — строго говорю.
— Это встреча с источником.
— Ладно-ладно! Только скажи, что это женщина, и тогда я точно успокоюсь.
— Ревнуешь? — ехидно интересуюсь, возвращаясь к зеркалу.
— Просто знаю, что на самом деле на уме у источника-мужчины.
Интересно, что? Партия в шахматы? Но вслух это не говорю.
— Да брось. Это всего лишь работа.
Никольский больше ничего не отвечает, а я отворачиваю лицо, чтобы скрыть довольную улыбку. Мне до чертиков приятна ревность Ярослава.
