— Насколько я понял со слов сестры, у Ярослава большой замес с силовыми структурами.
Никольский представляет для них серьезную опасность, и его просто решили взять шантажом через тебя. Он у нас, оказывается, опасный министр, — последнюю фразу Алексей говорит как бы в шутку, чтобы подбодрить меня, но я начинаю плакать еще сильнее.
— А если Яр не сможет с ними договориться?
— Обязательно договорится. Не переживай.
— Мы с ним вообще расстались! Он меня ненавидит!
Алексей издает легкий смешок.
— Ну, судя по тому, что он просил тебя увезти, точно не ненавидит.
А может, даже и любит.
В памяти тут же всплывает его признание в любви, то, с какой болью и горечью Ярослав его произнес при нашем расставании.
— Ален, соберись, — подбадривает меня. — Ярослав все решит, нужно просто набраться терпения.
— Как ты узнал, где я работаю? И почему звонил на рабочий номер?
— Потому что твой мобильный тоже может быть на прослушке, а адрес редакции посмотрел в интернете."
"— Ты специально стоял у заднего выхода, потому что там нет камер?
— Да.
— А как ты узнал, что там нет камер?
— Здание твоей редакции строила моя строительная компания. Это было приятным сюрпризом, когда я забил в поисковике адрес газеты «Вести». Я знал, что с торца нет видеонаблюдения.
Удивленно смотрю на профиль Алексея. Здание нашей редакции действительно новое, ему года три, наверное. Раньше газета сидела в самом центре Москвы на Пушкинской, но после смены генерального директора было решено переехать в модный бизнес-центр за Садовым кольцом.
— Газета арендует эти площади у бизнес-центра.
— А бизнес-центр строил я.
— Как называется твоя строительная компания?
— «Капитал-Строй».
Естественно, я знаю эту компанию. Крупнейший застройщик в России, торгуется на бирже. Но так как я не пишу ни про биржу, ни про строительство, то не знала имя владельца.
Я принимаюсь с любопытством рассматривать профиль Алексея Самойлова. На детском дне рождения младший брат Ирины меня мало интересовал в отличие от его жены.
За столом я сидела рядом с Натальей, а он был по другую руку от нее.
Периодически на меня накатывало волнение от того, что я сижу рядом с топ-моделью, рекламу с которой смотрела в 16 лет по телевизору.
Алексей не на много меня старше. На вид ему лет 26–27. Самойловой, кажется, 29. На Алексее белая рубашка, рукава которой закатаны до локтей, и галстук.
Наверное, он поехал за мной прямиком с работы.
