— Прости, пожалуйста, что не звонил, — целует меня в волосы. — Я люблю тебя. Я буду звонить тебе по несколько раз в день, хочешь? Каждый час буду звонить. Алена, моя любимая, моя самая лучшая, я так тебя люблю, — он приговаривает это, продолжая меня целовать и прижимать к себе.
— Я думала, ты меня бросил, — отрываю заплаканное лицо от его груди. На светлом пальто Кости большой мокрый след от моих слез.
— Нет, конечно! Боже! Как ты вообще могла такое подумать?
— Я так подумала, — произношу онемевшими губами и поднимаю на него взгляд.
— Я так подумала и изменила тебе.
Вот признание все-таки вылетело. Но чувствовать себя трусливой дрянью я от этого не перестала.
Костины глаза резко расширяются, лицо бледнеет.
— Что?
— Костя, я очень плохой человек, — скулю, морщась от новых слез. — Я тебя не достойна.
Его руки, которые еще двадцать секунд назад крепко меня держали, падают. В эту же секунду в спину бьет порыв ветра, заставляя почувствовать холод и одиночество без объятий Кости.
— Прости меня, пожалуйста, если сможешь, — закрываю ладонью рот, чтобы подавить в себе крик боли, рвущийся наружу.
Он молчит. Стоит и молчит. Я рыдаю навзрыд, но Костя больше не успокаивает меня. Просто молчит. Бледный, как простыня, и с посиневшими губами.
— Я же тебя люблю… — тихо бормочет куда-то в пустоту.
— И я тебя, Кость…
— Но как же ты тогда…?
Я не знаю, как я тогда. Я просто встретила ЕГО. Он перевернул мою жизнь, он взорвал мой мир. И я сама добровольно отдалась ему на столе в его кабинете.
Хотела этого. Даже больше, чем хотела: жаждала.
Ненавижу его. Ненавижу себя. Ненавижу прошлую ночь.
— Уходи, — говорит мне всего одно слово.
А я как будто ждала его разрешения. Разворачиваюсь и бегу прочь. Хотелось бы убежать от того кошмара, который я сотворила, но от него не убежать, не отмыться.
Я выбегаю к широкой дороге и протягиваю руку, пытаясь поймать автомобиль. В Москве уже давно никто не ловит такси таким образом, но какая-то машина все-таки останавливается. Забираюсь на заднее сиденье и называю адрес.
Водитель смотрит на меня подозрительно в зеркало, но не задает вопросов.
Я продолжаю всхлипывать и дрожать на протяжении всего пути, а уже на подъезде к дому у меня вдруг идет из носа кровь.
— Сколько? — спрашиваю зажимая нос рукой, кровь течет по ладони и пальцам.
— Нисколько, девушка, идите.
Даже не поблагодарив, вываливаюсь из автомобиля.
Не помню, как оказываюсь в квартире. Не снимая обуви, иду к себе в комнату и закрываю дверь.
