– Эх, как жаль… Янка, надо было зубами держаться за такое место! Что случилось-то?
- Ирина вспылила. Ты же её знаешь.
Я не хотела посвящать родственницу в подробности, чтобы лишний раз не волновать. Всё-таки, у тёти Танечки уже возраст – ей за пятьдесят.
- Где же ты целую неделю кантовалась?
- Вернулась к девчонкам.
- А ко мне почему не приехала?
- Не хотела напрягать.
- Эх, Янка!
Я обняла тётю Таню. Она всегда проявляла ко мне больше интереса и внимания, нежели моя родная мамаша, хотя у неё и своих детей трое - есть на кого тратить силы и эмоции.
Сразу всплыл в памяти тот жуткий день… Я еле-еле плелась по ночным улицам с чемоданом и двумя сумками, в лицо летела колкая ледяная крупа, ветер срывал капюшон и обжигал мокрые щёки…
- Так, Яна, поезжай к Ирине! Просись обратно! – решительно заявила родственница. – Умоляй на коленях, пусть простит.
- Что ты! Ты же её знаешь!
- Ирина Витальевна - дама нервная, но она уже остыла. А хорошую няню найти очень трудно. Антошка, наверное, каждый день ноет, тоскует по тебе.
И ты по нему тоскуешь, я же вижу. Давай-ка, солнце, езжай к Ирине, не будь дурой!
*****
Хотя я безумно скучала по Антошке и очень ценила заботу родственницы, однако её советом не воспользовалась. Даже представить себе не могла, что приду к Ирине Витальевне проситься обратно, после того, что она мне устроила.
Да, конечно, я сама была виновата в ситуации, но предпринимательница вообще слетела с катушек. У неё фантастические мозги, она проворачивает очень сложные сделки, поэтому за год нашего общения наверняка поняла, что я вовсе не та коварная развратница, какой она меня выставила.
Да не водила я мужиков в её квартиру!
Похоже, о мартовской зарплате можно забыть. Обычно Ирина скидывала деньги на карту. В марте я успела отработать восемнадцать дней, и если бы она захотела, то давно бы перевела мне заработок.
- Размечталась, - пробухтела Олеся. – Забудь! Ты в Швейцарию слетала бизнес-классом, билет-то сколько стоил! А ещё хочешь зарплату.
- Почему-то хочу, - грустно подтвердила я.
– Такое странное желание.
Денег почти не осталось, из коммуналки надо было съезжать: уже неудобно перед девчонками - в коридоре о мою раскладушку все спотыкались, особенно по ночам. Я ощущала себя барьером на полосе препятствий, по которой бегает толпа десантников, но мне было настолько сейчас плохо, что я даже не обращала на это внимания."
"- Надо валить отсюда, - в сотый раз заявила подруга. – Пока тебя окончательно не затоптали.
