Опекун для дочери бывшей. Часть 2

Надя не знала, куда идти и как, но не дрогнула и решительно вышла за дверь. Сгустившиеся сумерки с радостью приняли ее в свои объятия, скрывая от любопытных глаз. Она шла по обочине к выезду из поселка и отчаянно молилась, чтобы не встретить Кира. Нужно было бежать как можно быстрее, но сил хватало лишь на монотонные шаги в такт гулко стучащему сердцу.

Дойти до шоссе труда не составило, а что делать дальше, Надежда не имела ни малейшего представления. Денег практически не было, не считая карты, что дал ей Кирилл.

Города она не знала и совершенно не ориентировалась на местности, страх липкими щупальцами просачивался под кожу, заставляя кровь стынуть в жилах, но повернуть обратно она не могла. Все что угодно, только не это.

Кое-как добравшись до какой-то пустынной автобусной остановки, Надя села на лавку и, спрятав лицо в ладонях, вновь дала волю слезам. Запал храбрости стремительно иссякал, оставляя после себя безжизненную пустыню. Она одна, неизвестно где и непонятно зачем. Что делать? Куда идти? У кого просить помощи? Остается вернуться… но куда идти, тоже неясно.

— Надюха, ты, что ль? — Она вздрогнула, услышав голос Марата и подняла голову.

Он сидел в машине рядом с остановкой и махал ей рукой.

Надежда судорожно всхлипнула и вытерла слезы тыльной стороной ладони. Добегалась…

Заозиралась по сторонам в поисках помощи, но тщетно — людей вокруг не наблюдалось.

— Ты чего тут сидишь? — Марат тем временем вышел из машины и направился к ней. — Случилось чего?

— Что тебе нужно? — настороженно спросила она и вжалась в спинку скамейки.

— Да ничего мне не нужно, — хмыкнул он. — Увидел тебя и решил остановиться, может, помощь нужна.

— Не нужна, — покачала головой Надя. — Поезжай.

Марат смерил ее внимательным взглядом. Прекрасно понимал, что она врет, но зачем — оставалось загадкой, которую непременно захотелось решить.

— Ты это… прости меня, идиота… — запинаясь, сказал он. — Я накосячил жестко и сожалею.

— Я не держу зла, — выдохнула Надежда и закусила губу.

Ее лихорадило то ли от пронизывающего ветра, то ли от страха. Она осталась одна в целой вселенной и не представляла, как в ней существовать.

— Мир? — Марат протянул руку.

— Мир. — Надя лишь поежилась, плотнее кутаясь в тонкую ветровку, и отвернулась. Меньше всего ей сейчас хотелось выяснять отношения с ним.

— Так что ты тут делаешь?

— Автобус жду, — буркнула она первое, что пришло в голову. На самом деле это было почти правдой.