Опекун для дочери бывшей. Часть 2

— Надя в порыве чувств бросилась ей на шею и крепко обняла. Нина Павловна осталась единственным человеком на земле, которому не все равно, что с ней будет.

Трель телефонного звонка нарушила идиллию. Нина Павловна отстранилась и посмотрела на дисплей.

— Ой, Кирилл… В такое время? — Она перевела озадаченный взгляд на Надежду. — Может, что-то случилось?

— Не берите, — в панике воскликнула та и, поддавшись порыву, выхватила телефон из рук.

— Надь, ты чего? — Нина Павловна нахмурилась, не до конца понимая, что происходит, и забрала свой телефон, но звонок так и не приняла, решив сначала разобраться с крестницей.

— Пожалуйста, не говорите ему, что я здесь, — взмолилась Надя, боясь даже представить, что он ей скажет.

— Ты меня обманула, да? — разочарованно заключила Нина Павловна и сокрушенно покачала головой.

Надежда лишь виновато опустила глаза. Сказать в свое оправдание было нечего.

— Надь, так ведь нельзя… Я же не чужой тебе человек.

— Простите меня, — судорожно всхлипнула она, чувствуя, как от стыда щеки становятся пунцовыми.

— Расскажи что случилось, может, я смогу помочь. — Нина Павловна нежно погладила ее по голове, как в детстве. Не требовала, но мягко настаивала на своем, прекрасно зная, что Надя уступит и не станет упираться до победного.

— Нет, — покачала головой Надежда. — Мне теперь никто не поможет."

"— Надюш, я должна знать правду, это же не шутки, — продолжала она настаивать, но в ответ была гробовая тишина.

— Влюбилась, — выдохнула Надя и спрятала лицо в ладонях. Не могла больше держать это все в себе, слишком тяжела оказалась ноша.

— В Кирилла? — сразу же догадалась Нина Павловна и покачала головой. Это было вполне ожидаемо. О чем только думала Люба, когда просила его стать опекуном?

— А у него жена беременная и ненавидит меня.

— У вас что-то было? — строго спросила она, пытаясь понять, как действовать в этой ситуации дальше.

— Нет. — Надежда отрицательно покачала головой, а Нина Павловна облегченно выдохнула. — Но она ревнует очень. Нарочно упала с лестницы и обвинила меня перед Киром, что я ее столкнула.

— Вот же гадина, а сам он что?

— Я не дождалась его возвращения и сбежала…

— Дурочка. — Она улыбнулась и прижала ее к своей груди.