Привез я ее в нашу квартиру, необходимости оставаться в доме Демина больше не было. Наши отношения с каждым днем становились все хуже, и я все чаще ловил себя на мысли, что отпустить ее будет правильно. Мы словно вернулись прошлое, она молчала, а готов был выть и лезть на стену.
С Вольским у меня обстояли дела куда лучше, он все также находился в подвале Димы, прикованный к стене по рукам и ногам, почти распятье, креста только не хватало. Его пытали часами, заставляя стонать от боли.
Изо дня в день я возвращался в чертов подвал, чтобы добавить ему очередную порцию боли, придумывая все более изощренные методы.
Всякий раз, когда ублюдок терял сознание, в него ударяла струя ледяной воды и все повторялось снова.
— Скажи мне, мразь, каково это, когда не можешь ответить? — прорычал я ему в лицо, и выдохнул в ублюдка сигаретный дым, вынуждая его тем самым закашляться, что в его состоянии было непозволительной роскошью. Вряд ли у него осталось хоть одно целое ребро, — ну так каково? — повторил я и прижал горящий конец сигареты к его лицу.
— Не смей отключаться, — прошипел я, когда он повис на цепях, — я с тобой еще не закончил, я ведь тебе обещал, что заставлю тебя пережить все, что пережила она.
Я дал слово, что он будет валяться у нее в ногах и молить о смерти и он будет, уже готов, но оставался последний штрих.
— Дай мне зажигалку, — попросил Игоря, и открыв бутылку вылил ее содержимое на ублюдка, в нос ударил резкий запах бензина. Сообразив, что я собираюсь сделать, Вольский задергался, удивительно, в его то состоянии.
Впрочем, очень зря, каждое движение сопровождалось болью, а кольца от наручников все сильнее впивались в разодранные запястья и щиколотки, — помнишь, что ты с ней сделал? — спросил я и щелкнул зажигалкой, — теперь я сделаю это с тобой, — усмехнулся я поднес зажигалку к его лицу. Огонь вспыхнул мгновенно, его истошный крик разлетелся по всему помещению, я мог оставить его подыхать, но сначала, выполню свою обещание, — потушите, — приказал я и в ублюдка снова ударила широкая струя воды, и он отключился.
— Снимите его, приведите в сознание и тащите наверх, — бросил я вышел из подвала.
Инга находилась в гостиной, ожидая, пока я закончу свой ежедневный ритуал.
— Уверенна, что хочешь это видеть? — спросил я, заглядывая ей в глаза.
— Уверенна, — холодно произнесла она и я кивнул.
— Пойдем, — взял ее за руку и повел во двор, через пять минут наружу вытащили стонущего Вольского.
