Опекун (СИ)

— Кейтлин, может, объяснишь мне, что здесь происходит? Почему он так разговаривает с тобой? — Джервис вновь попросил от меня объяснений.

Марк развернулся на месте и с той же кривой усмешкой на губах посмотрел на Джервиса.

— Кажется, Кейтлин не одного меня ввела в заблуждение? — с наигранным сожалением проговорил он.

— Что? — Джервис непонимающе перевёл на меня взгляд.

— Марк… — попыталась я его остановить, понимая, что ничем хорошим этот разговор не закончится. — Тебе лучше уйти…

— А то что? — не дал он мне договорить.

 — Джервис узнает о том, какая ты нехорошая девочка, что соблазняешь нового опекуна за его же спиной? — я прожгла Марка ненавистным взглядом. Да что он возомнил о себе? Какое право он имел приходить в мой дом и говорить подобные вещи? — Я пришёл извиниться за своё поведение в ту ночь, но как вижу, ты нисколько в нём не нуждаешься. Тебя, по-видимому, и так есть, кому утешить, — меня забила крупная дрожь, казалось, произнеси он ещё хоть одну язвительную реплику в мой адрес, я упаду на пол, так и не вдохнув глотка воздуха от дикой, сжимающей боли, что лишала возможности полноценно дышать.

— Кому-то лучше остановиться в своих обвинениях, — вмешался Джервис, заметив моё состояние.

— Да что ты понимаешь? — Марк перевёл взгляд на Джервиса и посмотрел на него так, словно перед ним стоял глупый ребенок. — Какая выгода тебе с того, что она спит с нами обоими? — лицо Марка исказило пренебрежение, а я отшатнулась в сторону, словно меня ударили по лицу.

Джервис, долго молчавший и практически не участвующий в разговоре, подлетел к Марку и с размахом ударил в челюсть, повалив на пол.

Марк нисколько не ожидавший такого сильного удара смерил Джервиса яростным и гневным взглядом, намереваясь нанести тому ответный удар.

— Нет! — закричала я, приходя в себя от ужаса, и возвела живую преграду в виде своего тела между молодыми людьми.

Марк поднялся на ноги, из уголка его губы тоненькой струйкой текла кровь, но он даже не предпринял попытки её остановить. Глаза потемнели от ярости, и я почувствовала, как всё внутри сжалось от боли при виде его разбитого лица.

Первый и единственный раз в жизни я не знала. как поступить…

— В следующий раз, когда вздумаешь открыть рот, чтобы сказать ей очередную гадость, меня уже ничто не остановит, — предупредил Джервис, косясь в мою сторону. — Ты, по-видимому, перепутал двери, если возомнил себя её хозяином, — он ткнул пальцем в мою грудь. — Держись от неё подальше! — говорил Джервис с отвращением.