Опекун (СИ)

Зашторенные наглухо окна стали главной составляющей интерьера моей комнаты. И кстати я не собиралась изменять своему стилю. Глаза, привыкшие к полумраку. реагировали жжением на яркий свет_С третьей попытки мне всё же удалось встать с пола и рухнуть на кровать, словно я была бесчувственное полено. Ни Маршал, ни Селена уже даже не пытались со мной заговорить. Потому что я всех и вся игнорировала. И даже вчерашнее потрясение от того, что Марк появился в стенах моей комнаты, никак не посодействовало тому, чтобы устроить Маршалу хорошенькую взбучку.

Желание исчезнуть с лица земли только возросло.

Конечно, жизнь не кончалась на том, что моя первая любовь оставила мне только разбитое вдребезги сердце. Но у меня не было сил встать с колен, выпрямить спину и, гордо вздёрнув подбородок, двигаться дальше. Я ещё была к этому не готова. А вчерашний гость только всё усугубил своим внезапным появлением.

Но человек не может страдать вечно. Какой бы сильной ни была его боль или отчаяние, наступает момент, когда «прозрение» выталкивает его на поверхность, и он понимает, что пришло время двигаться дальше.

То же самое случилось и со мной.

Выстрадав свою чашу боли, переспав с ней не одну ночь, я поняла, что наконец-то устала. Устала думать об одном и том же, осознав, что не в моей власти что-либо изменить. То, что случилось, уже никак не исправить. Я была полностью опустошена, словно испита до дна, но мой мозг полностью очистился от чёрных мыслей, которые разрушали изнутри. Я сидела за рабочим столом, по которому были разбросаны многочисленные наброски рисунков, и смотрела в календарь.

Сегодня прошёл ровно месяц с того момента как Марк решил окончательно вычеркнуть меня из своей жизни. И почти неделя с того дня, когда я его прогнала.

Последние дни моим основным и главным занятием стал сон. Я больше не плакала и не думала о том, что я ничтожное. никчемное создание с разрушенной душой.

Непонятно откуда взявшееся спокойствие и безразличие ко всему заметно упростили моё жалкое существование.

"Испортившиеся за эти дни отношения с Маршалом и Селеной отложили должный отпечаток в душе, и я к своему стыду впервые за всё это время почувствовала вину перед этими людьми. Но никогда не поздно что-либо исправить… Именно этим я намеревалась заняться в ближайшие дни.