Опер. Девочка на спор (СИ)

— Зараза, — усмешка сама по себе появляется на губах. Когда найду — выпорю.

— Что там? — кричит Шаман из кухни.

— Курила опять…

— Смотри, как интересно, — подходит ко мне и протягивает лист бумаги.

Рисунок. Точнее набросок карандашом. Жуткий. Тени. Страх. Нет, панический ужас. Колючие мурашки ползут по спине.

Детка, кого ты рисовала? Это твой демон? Почему мне не показала?

— А это что за дверь?

Оборачиваюсь. И правда дверь. В прошлый раз я ее даже не заметил.

— Понятия не имею.

— Заперто, — Шаман дергает ручку.

 — Вскрываем?

— Естественно.

Жду пока его отмычки сделают свое дело и вхожу в темную комнату первым. Ни черта не видно. Включаю фонарик на телефоне, освещаю периметр.

— Нихрена себе, — раздается за спиной хриплый рык Шамана.

Детка, здесь все твои скелеты, да? Прости, но мы познакомимся.

Осматриваюсь тщательнее. Луч света скользит по полу и поднимается на стены. Они все в рисунках. Таких же жутких, набросанных карандашом. А еще вырезки из старых газет. Лица. Какие-то записи.

Жертвы педофила. Те девочки. Все крутится перед глазами, как в калейдоскопе, и постепенно выстраивается в одну цепочку. Имя последней девушки. Вяземская И. Я. Я не обратил внимание. Иванна — имя очень редкое, но в деле лишь инициалы. Фамилию она скорее всего поменяла. Блядь, как же я не сложил дважды два? Фото на копии дела очень расплывчатое, а оригинал так найти и не удалось. А может плохо искалось?"

"— Пиздец, — выдыхаю и зарываюсь пальцами в волосы. Сжимаю в кулак и болезненно морщусь.

— Че такое? — Шаман останавливается за спиной и рассматривает стену вместе со мной.

Из меня болезненно рвется: «Детка… что ж ты не рассказала всю правду?»

Надо было дожать!

Впечатываю кулак в стену, боль на пару мгновений отрезвляет.

— Макс, блядь! — рявкает на меня друг, не давая утонуть в этом мерзком месиве.

— Я знаю, кто похитил Иву, — смотрю ему в глаза. — Педофил, которого мы ищем…

— Ты думаешь…

— Я в этом уверен!

Телефонный рингтон непривычно громко раздается в пустой комнате.

Ямпольская.

— Да, Ир, — кривая ухмылка появляется на губах.

— Макс, я думаю ты должен знать.

— Говори.

— Ива была жертвой педофила, которого вы ищите.

Как вовремя. Что бы я без тебя делал-то?

— Я уже в курсе, — сухо бросаю я, стараясь не переходить грань. — Раньше нельзя было сказать?

— Она просила не говорить…

— Ир, ты слышишь себя? — все же срывает меня. — Ты допустила жертву искать маньяка!

— Не ори на меня! — огрызается она в ответ.