Опер. Под гнётом власти

Да здесь же хватит и за квартиру заплатить, и матери дать, и ещё и мелкому что-нибудь купить! Целое состояние!

Наспех позавтракала кашей быстрого приготовления, подумала, что надо бы купить продуктов и молотого кофе – на случай, если Андрей забежит к ней в гости. Отделила часть денег для матери, положила их в сумочку.

По пути забежала в магазин, купила Сашке подарок – обалденные кроссовки, которые он хотел ещё в прошлом году. Вот обрадуется. А Лиза теперь баловать его будет. А там, глядишь, доучится, на ноги встанет и заберёт его.

Подальше от мамаши непутёвой да отчима-урода. Выучиться ему поможет, человеком стать. К примеру, таким, как Андрей. А что, замечательная профессия – полицейский. И звучит гордо, и зарабатывают они, как оказалось, хорошо. Прижав покупку к груди, улыбнулась, представила лицо Сашки, когда увидит свои выстраданные «кроссы».

Такси вызывать не стала, дождалась автобуса. По старинке, так сказать, чтобы не транжирить деньги. До дома матери доехала за полчаса, покопалась в сумке, в поисках ключей.

Отчего-то дрогнула рука, и Лиза подняла взгляд на окна. Что это она, как в первый раз? Будто даже идти не хочется… В подъезде пахло сыростью, пивом и мочой, на стене кто-то нацарапал матерное слово – обычное дело для этого района, но что-то вызвало вдруг тревогу. Пока ещё смутную, еле ощутимую, однако, по мере того, как Лиза поднималась на нужный этаж, волнение возрастало.

Остановившись у двери, вставила ключ в замочную скважину и, набрав в лёгкие побольше воздуха, попыталась провернуть.

Но дверь оказалась незапертой, открылась с противным скрипом.

– Мам, это я! – крикнула, проходя вглубь квартиры. Ей никто не ответил. Напилась, что ли, снова? – Ты где? Сааш? – мелкий вроде уже должен был прийти из школы, но и он не подавал голоса, хотя обычно всегда радостно выбегал навстречу. Что-то не так. Сердце сжалось от страха, причину которого Лиза пока не знала, но очень остро чувствовала, что она есть… Какая-то опасность. – Мам, ты где?! – крикнула погромче, надеясь, что она всё-таки проснётся.

Собравшись с духом, нажала на ручку двери, ведущей в зал, который служил также спальней, тихо открыла.

– Саша… – вырвалось из груди тихим всхлипом, и сердце, казалось, перестало биться. – Мам… – из рук вывалилась коробка, и один белоснежный кроссовок упал в лужу крови.

– Андрей Константиныч! Вы куда? – дежурный выбежал из своей коробки, бросился за Вербиным. Остановившись у двери, матюгнулся.

– А что, я должен отчитаться? Дела у меня.