Опер. Под гнётом власти

В крайнем случае пришлю к тебе надёжного человека, – и, подумав, добавляет: – Но это не понадобится.

– Хорошо. Спасибо, – с трудом выдавливает из себя Лиза и глотает напрашивающуюся истерику.

Она сейчас помоется и ляжет в человеческую постель. Неужели? Даже не верится. Не смотря на желание заплакать, накатывает облегчение. Ведь теперь всё будет хорошо. Андрей спас её.

Пока она осторожно осматривается вокруг, Андрей снова кому-то звонит.

– Хорошо. Нужно уничтожить камеры и пульт в дежурке. Из изолятора выпустить всех, кто там есть, туда же перетащить тело из другого изолятора.

Максимум – пять минут. Потом сваливайте оттуда, – Лиза невольно поёжилась.

Вербин убирает телефон в карман брюк, смотрит на часы, задумчиво щурится, а потом одной рукой снимает с Лизы своё пальто и вешает его на вешалку.

– У меня ещё есть время, – говорит так спокойно, словно занимается сокрытием улик и похищает подозреваемых в убийствах каждый день. – Пойдём в спальню. Хочу тебя.

Что? Сейчас, что ли? Лиза растерянно смотрит в его глаза и понимает, что, да, он серьёзно.

Ей сейчас вообще не хочется секса, но отказать не смеет и покорно идёт за ним.

Андрей толкает ногой дверь, заводит её за собой и мгновенно схватив за талию, тащит к кровати, на ходу находит её губы своими, жёстко целует.

Вцепившись в его плечи, Лиза заторможенно отвечает на совсем не нежный поцелуй, позволяет повалить себя на кровать.

– Помолчи, Лиз, – приказывает, отстраняясь и рывком поворачивая её к себе спиной. – Мне надо немного прийти в себя.

Снять напряжение. Помоги мне, – это звучит не как просьба, но Лиза не собиралась отказываться. В конце концов, он для неё делает намного больше. Намного, да. То, что не сделал бы ради неё никто другой.

Лиза встаёт на колени, послушно прогибает спину, когда он приспускает её штаны и слышится клацанье пряжки его ремня. Он быстр, дышит шумно. Движения рваные, резкие. Спускает её трусики до бёдер и её половых губ касается уже налитая, горячая головка его члена.

– Сегодня без резинки, маленькая.

Маленькая… Он назвал её маленькой. Из уст Андрея такие нежные слова срываются реже, чем Новый год. И это, оказывается, безумно приятно. Лиза выдыхает, зажмуривается, когда он смачивает её слюной и плавно входит.

Незначительный дискомфорт становится сильнее, когда он толкается, ударяясь своими бёдрами о её и издаёт рычащий стон. Лиза вторит ему, больно прикусывая нижнюю губу и впиваясь пальцами в подушку. Больно. Андрей резок, грубоват.