Опера вызывали?!

— И что мне есть? — заинтересовался я.

— Овощи, мясо, но на пару, а ты жареное заказал!

— Пельмешка, а мне колокольчик уже можно на шею вешать или так пастись? — засмеялся я.

— У папы из-за нездорового увлечения вредной едой и быстрыми перекусами инсульт был. Знаешь, как мы с мамой перепугались? Хорошо, что врачи вовремя успели, — призналась Лиля.

— Я согласен, — улыбнулся я, — готов преподнести к твоим ногам не только свое сердце, но и желудок. Корми меня правильно, из твоих рук я даже этот съем, как его… смузи из сельдерея! — вспомнилось мне.

— Смузи, говоришь, — она сузила глаза, которые подозрительно заблестели, — из сельдерея?

Как говорит наш Образцов: «Допизделся ты, Громов!»

— Только из рук любимой жены, — пошел я на попятную.

— Пф-ф-ф, — выдохнула Лилечка.

— Что? Я готов жениться, — сам от себя не ожидая, ляпнул я.

— Благословляю!

— На тебе!

— Громов, ты бабник! — ткнула в мою сторону вилкой Лиля.

— Ты даже не попыталась узнать меня поближе, — серьезно произнес я, — решила однажды, что я бабник, и цепляешься за свои убеждения.

— Да ну? — брови пельмешки взлетели вверх.

Я отвлекся на официантку, которая принесла наш заказ. Благодарно кивнул, взял вилку и продолжил:

— Лиля, я тебе уже раз говорил, но тут чувствую: повторение — мать учение. Свободные мужчины иногда находят женщин исключительно для секса без обязательств. Так бывает.

— А я думаю, что бабники просто в других сферах себя не проявили, вот и самоутверждаются за счет легких побед.

— Или у них работа такая, что даже если крышу гвоздями прибить — все равно уедет, и нужно иногда отвлекаться. Бухать я не люблю, курю редко, два раза в неделю хожу в спортзал. Не помогает, Лиля! Когда круглые сутки общаешься с ментами, начальство имеет так, что волосы в ушах дымятся, а собеседники в основном алкаши, истеричные дамочки, убийцы, воры и насильники, иногда хочется отвлечься, понимаешь?.. Да нихрена ты не понимаешь! Вас в универе учат чему-то, очень отдаленно похожему на реальную работу! Не встретил я еще ту, с которой хотел бы просыпаться.

Я опустил голову, сделал глубокий вдох и жадно выпил воды. Лиля молчала, во все глаза глядя на меня. Серьезно, даже не моргая. И я видел в них суровую душевную борьбу, где на чаше весов было поверить мне или нет.