Онлайн-библиотека книг
Чингачгук не знал усталости и не ведал пощады, словно решил побить все рекорды и получить как минимум генеральские погоны в особых, эротических подвидах войск. Стало понятно: когда он говорил, что я попала под оперативно-розыскное иго, Гений не шутил. И дань требовал, как и обещал — несколько раз в день, прерывая сие действие сном или уходом на работу.
Вчера днем, после нашего жаркого «разговора», он дважды будил меня, напоминая, что уходит на работу. Дважды! Потому что я, видите ли, была сонная и могла не запомнить.
Проснувшись, я около часа читала все, что он написал мне за пять дней. То плакала, то смеялась, то краснела, почесывая за ушком разомлевшего Оккупанта.
А потом Женя вернулся с работы, и все повторилось. Я умирала в его объятиях, возрождалась, и так по кругу. Уже перед Паней было стыдно, честное слово. Кот так смотрел на нас в перерывах на еду, что даже извиниться захотелось.
Я, медленно, чтобы не разбудить Гения, повернулась, глянула на часы и снова сладко зевнула. Шесть утра. Идти на учебу не хотелось, но я и так пропустила очень много, нужно было наверстывать.
В выходные высплюсь. Сбегу от Громова и высплюсь!
Женя сладко спал, раскинувшись на кровати, как огромный кот. Простыня сползла, оголяя торс моего мужчины. Я закусила губу, рассматривая каждый сантиметрсмуглой кожи, запоминая тонкий шрам на ключице, родимое пятнышко под грудью, родинку на плече.
Чем больше я его узнавала, тем сильнее влюблялась. В его чувство юмора, в умение найти правильные слова, в отношение к жизни в целом. В его глаза, когда он смотрел на меня. В его губы, когда они шептали пошлости на ухо. В его руки, такие сильные, но такие нежные.
С каждым днем он открывался мне с новой стороны. И, может, обстоятельства нашего знакомства обратились к лучшему?
Отношения всегда начинаются с того, что мы прячемся.
Я тяжело вздохнула и попыталась встать. Аккуратно переместила его ладонь и постаралась шипеть не слишком громко.
