Операция «Антитеррор»

Разве можно так прыгать, так и убить можно». Больше из ее киоска ничего не видно. Обзор ограничивает витрина, заставленная печатной продукцией.

Вторая свидетельница – немолодая, с испитым лицом продавщица из соседнего киоска, где Толстов никогда ничего не покупал. На руке у продавщицы татуировка. Внешний вид и манеры характерные. Голос хриплый, как при хроническом перепитии.

– Ох и здорово он вашим наподдавал... – На лице почти восторг.

Там тоже весь сектор обзора сводится к маленькому окошку. Но чтобы в него смотреть, следует еще и наклониться, потому что окошко рассчитано исключительно на то, чтобы подать товар и принять деньги.

И минимальный обзор сквозь стекло над этим окошком. Практически – ничего. Выстрел она слышала, но кто и в кого стрелял – не знает. Вообще сначала подумала, что это выхлопная труба машины. Вышла только тогда, когда толпа собралась.

Третья свидетельница – нищенка. Инвалидка, едва-едва выговаривающая отдельные слова. Абсолютный дебилизм во всем, что не касается желания набрать денег на буханку хлеба.

Мычала, радовалась чему-то, размахивая руками. Ей, должно быть, казалось, что она очень красноречива. Даже протокол составлять не стали. Без толку...

Из прохожих, на глазах которых все происходило, свидетеля не нашлось. Все они «подошли позже».

Раненый лейтенант был в легком бронежилете скрытого ношения. Стоял он правым плечом вперед и доставал пистолет. Пуля попала ему под мышку с левой стороны, туда, где тело не защищено. Прошла чуть выше сердца и в сантиметре от артерии.

Можно сказать, что повезло. Но стрелял, несомненно, хладнокровный профессионал, заподозривший наличие бронежилета под курткой и знающий невидимые глазу незащищенные места. Если бы он стрелял в бронежилет, то сломал бы ребро – максимум. Пуля из пистолета Макарова бронежилет не пробивает. Но тогда и сам лейтенант смог бы ответно выстрелить. Этот стрелок себя обезопасил. Сознание лейтенант сразу не потерял и слышал, как отъезжала машина, из которой стреляли.

Куда делся Толстов – никто из свидетелей не видел.

Просто пропал из поля обзора, и все. Может быть, уехал на той же машине, из которой стреляли. Но на месте не оказалось и его собственной машины. Значит, или он уехал на своей, или кто-то побеспокоился о его машине. Это попытались проверить перед тем, как искать «тройку» Толстова. Путь к гаражу показывал Лоскутков. Вскрывать не пришлось. Сосед сказал, что машину пригнал какой-то парень кавказской внешности, с легким акцентом.