Операция «Антитеррор»

Подполковник же был умышленно мрачен и на ментов посматривал классическим взглядом могильщика буржуазии.

Когда сержант ГИБДД вернул мне документы, Проханов дыхнул на него перегаром и прикрикнул:

– Долго еще? Мы торопимся.

– Не торопись на тот свет, там девочек нет, – выдал Лоскутков рифму и откровенно по-хамски хохотнул. Ему, похоже, не слишком трудно изображать типичного, даже образцово-показательного мента. – Что пил?

– Что наливают. – Леня майора не знает, но что-то почувствовал, это я по его поведению понял.

– А водителю что наливали? – спросил сержант солидным басом, который было трудно заподозрить в сравнительно тщедушном теле.

– Ни-ни... – Я усердно и подобострастно заулыбался. – За рулем не потребляю...

– Проверь водителя на алкоголь! – приказал Лоскутков. И добавил, обращаясь к Проханову и Марии: – А вы – садитесь. Осмотр закончен.

Меня повели к ментовской машине. Устроили на заднее сиденье. Сержант сел на переднее и протянул мне пакет с трубочкой, а Лоскутков склонился над открытой дверцей – наблюдал.

Я старательно дунул в трубочку.

– Алкоголик... – сказал майор. – Конченый...

– Приборы, братцы, у вас испорченные.

– Так-так... – изрек сержант, который был, очевидно, не совсем в курсе дела. Бас его ломался от чувства своей значимости. В другое время сержант содрал бы с меня стольник, но при Лоскуткове привычно наглеть не решался. – Это мне уже нравится...

– Через час-полтора... – сказал я, совсем не обращая внимания на прибор. – Шершневский шлюз.

Брать будем мы с Леней. Через окна на втором этаже. Попытаемся запрыгнуть с тента грузовика сквозь стекло.

– Там уже усиленный наряд. Мы сами вычислили объект и подготовились. Через стекла, конечно, можно туда проникнуть, но можешь сразу под очередь угодить.

– Чечены на конечной остановке автобуса захватят заложников. И еще где-то готовятся, возможно, к захвату вертолета. По крайней мере, Мария спрашивала меня об умении с вертолетом справиться. Могут пострадать люди. Мы с Леней, думаю, сладим с ними сами.

Класс у них не тот. Сама Манька о себе сильно мнит. На этом ее, надеюсь, можно и поймать. По крайней мере, у Проханова рука единственная сильно чешется. Предупреди только охрану, чтобы сильно в нас не стреляли. Так, для острастки по потолкам. Чтобы звук был...

Сержант смотрел на меня, разинув глаза, как зевающий разевает рот. Он так и не понял, что за разговор мы ведем с Лоскутковым. Ему и не положено это знать.

– Рискуете, заразы...