Операция «Антитеррор»

И именно эту машину, а не какую-то другую.

– У тебя не голова, а аналитический компьютер! – сказал я, и мент, кажется, поверил в мое восхищение. При старых деньгах про таких майоров говорили: прост, как три рубля...

– Надо ее брать, – изрек Володя.

– И что ты ей предъявишь? – спросил Лоскутков.

– На допросе прижать хорошенько, и расколется...

– Вот это надо предъявлять... – Асафьев вытащил из кармана фоторобот Гавроша-Марии и положил перед ментом на стол.

– Кто это? – спросил Лоскутков.

– Это не она? – В голосе и во взгляде Асафьева еще теплилась надежда.

Лоскутков опять вытянул губы дудочкой и что-то прогудел, изображая раздумье вселенского мудреца.

– А у тебя файла нет с собой?

Я знаю, что менты почему-то с удивительно тупым упрямством зовут файлами обыкновенные компьютерные дискеты. Но Асафьев, хотя в ментовке не служит, его понял и вытащил именно дискету.

– Володя, будь добр, попроси Славу сделать копию, и пусть прикинет, как она будет выглядеть без косметики. Это же возможно сделать? Косметика меняет внешность женщины до неузнаваемости.

– Попробуем, – согласился Асафьев. – Только брать ее сразу так и так нельзя. Нужно будет очень аккуратно обложить. И очень незаметно.

– Она важным делом в нашем городе занята. И по крайней мере, мы ее знаем. Если только это в самом деле она. А если поторопимся и ее возьмем, то пришлют кого-то другого, кого мы не знаем. И где его тогда искать? И за кем тогда следить?

– Вам бы только следить и в игрушки играть.

.. – Лоскутков от такого решения майора не обрадовался. – Преступников следует брать, пока они горяченькие. И пока новых трупов на наш отдел не навешали.

– Кстати, что касается повреждений у Широкова. Может, следует поговорить с судмедэкспертом? – продолжал я настаивать на своем.

– Да, я прямо сегодня туда съезжу и поговорю... – согласился мент. – Сейчас, только Володю дождемся. Это минут пять-десять отнимет, не больше.

– Тогда займись пока чайником, а то я еще не полностью отошел от вчерашнего.

Хотелось бы проснуться более основательно. Кстати, пострадал я исключительно по твоей, господин майор, вине. Ты меня туда послал. Ты меня чаем и отпаивай...

Лоскутков выстрелил взглядом, полностью меня этим выстрелом не уничтожил, хотя, может быть, и ранил. Но все же вину свою, похоже, признал, кивнул и ушел молча в смежный кабинет. Асафьев углубился в чтение уголовного дела о тройном убийстве бизнесменов и морщил время от времени лицо.