Операция «Антитеррор»

Дошло до начальника, что не все так просто и даже деньги так просто не достаются – вертеться надо. Сложная же судьба одного из самых многообещающих сыщиков агентства Леву, кажется, волновала меньше всего.

Мне это прискорбно, хотя и привычно.

– Нет, ты объясни ей, что в интересах следствия я был вынужден выехать на Кавказ. Она знает, что муж работал с кавказцами. Таким образом, командировка оправдает себя. Если вдруг Виктория Витальевна потребует представить ей какие-то добытые следствием данные, то обратись к одному из майоров – или к Лоскуткову, или к Асафьеву, благо ты с обоими в дружеских отношениях и даже иногда водку с ними пьешь.

Лева продолжал качать головой, как пресловутый японский болванчик, и у меня не хватило сил дождаться, когда он перестанет это делать, – вышел и, чтобы Лева не догнал еще каким-нибудь провокационным вопросом, сделал ускорение и стремительно проскочил напрямик мимо охранника к своей машине.

Десять минут пути преобразили меня. Мысленно я постарался стать респектабельнее и удачливее.

Надеюсь, это получилось и визуально. Короче, в библиотеку я приехал уже не таким запыхавшимся торопыгой. Можно даже сказать, что важно-вальяжным, не хватало только погасшей трубки во рту, как у знаменитого комиссара с набережной Сюртэ. И уверенной походкой прошел сразу к стойке, за которой сидела крупная женщина в очках. Она, судя по взгляду, которым меня встретила, не приветствовала визиты незнакомых мужчин. И вообще, скорее всего не любит надоевших читателей. Естественный лошадиный оскал – не все естественное, оказывается, прекрасно – не располагает к долгим беседам, и она это прекрасно понимала.

Я важно протянул потертое удостоверение, неотразимейше улыбнулся и спросил голосом, располагающим к доверию:

– Я хотел бы поговорить с Мариной Николаевной Сабировой. Вы не подскажете, где я могу ее найти?

Ее молчание могло поставить в тупик любого. Я грешным делом попытался вспомнить вывеску библиотеки – не для глухонемых ли она?

– А что вы от нее хотите? – услышал я через минуту.

Букву «ч» женщина выговаривала очень жестко и звонко.

– Я хотел бы поговорить... – Улыбаться – так уж до конца, даже если тебе этого не прощают.

– Пройдите к заведующей. Это вон туда, – показала она, – через зал, и дверь в середине стены. Заведующую зовут тоже Марина Николаевна.

Я и пошел. И даже дверь в середине стены, как опытный сыщик, нашел сразу. А вот дальше – а дальше оказался в лабиринте стеллажей со множеством книг, которые никто почему-то не видит.