Операция «Слепой Туман»

Вы, конечно, можете с нами не согласиться, тогда мы возьмем вас и ваших людей под арест, и уже в Порт-Артуре самостоятельно объяснимся с вашим начальством.

Поручик нехотя кивнул.

— Я согласен, господа, да и выбора у меня никакого нет. С самого начала сие предприятие было чистейшей авантюрой.

— Ну, вот и отлично, господин поручик, идите, — кивнул Карпенко. — Катер доставит вас на шхуну, швартовка с транспортом через час, и отдайте своим людям соответствующие приказы.

— Так, товарищи, — сказал я, когда за поручиком закрылась дверь.

 — Теперь нам надо решить, как мы доведем свое решение до людей. Обстановка весьма напряженная, особенно среди штатских…

— Так, так, — хмыкнул майор Новиков, — да и у некоторых военнослужащих крыша тоже поехать может. Тщательнее надо. Да еще мало того что империя, так и персонаж на троне такой, что не к ночи будь помянут.

— Ладно, — сказал я, — не будем поминать тех персонажей раньше положенного времени — может, и минует нас доля сия. Как говорится, «не так страшен черт как его малютки» и «не боги горшки обжигают».

Сейчас нас должны заботить наши текущие проблемы, а все остальное можно и нужно отложить на потом. Сейчас наш враг — это японцы, и их англосаксонские кураторы, а не далекий пока царь Николай Романов с неофициальным эпитетом «Последний».

В тот интересный момент, когда разбор полетов с поручиком-контрабандистом был закончен, а мое совещание с командным составом еще не началось, ко мне подошел капитан первого ранга Макаров и попросил отойти в сторону на пару слов, но так, чтобы нас уже никто не слышал.

Первым делом кап-раз попросил предъявить данные мне как раз на такой случай диктаторские полномочия. Прочитав бумагу (кажется, целых два раза), он вернул ее мне, вздохнул и сказал:

— Ну, раз вы у нас теперь нечто вроде президента, то знайте, что мой «Иркутск» представляет собой для вас одну большую головную боль. Все «Калибры», установленные в его шахты, снаряжены как носители специальных боевых частей.

— Все семьдесят два? — переспросил я.

— Да, товарищ Одинцов, — ответил кап-раз Макаров, — все семьдесят два. Мы — это оружие возмездия, оружие посмертного ответного удара, который будет нанесен уже после того, как свое отыграют баллистические ракеты наземного и морского базирования.

— Я так и знал, — ответил я, — вы только подтвердили мои обоснованные подозрения.

— «Кузбасс»? — спросил меня командир «Иркутска».