Операция «Тайфун»

Пройдя к своему месту и устроившись в кресле, комиссар взглянул на полковника. Полковник молчал, но на лице откровенно читались досада и негодование.

– Вы что-то хотели сказать?

– Я категорически не согласен с оценкой проступка майора Трофимова.

– То, что он «сбежал» на фронт и довольно успешно воевал эти дни, не меняет вашей точки зрения?

– Это не отменяет его проступка. Мы в армии, а не в кооперативе.

– Вот за проступок он и соответственно наказан. Согласитесь – между проступком и преступлением есть существенная разница.

– И тем не менее он российский офицер. Я доложу своему руководству об этом инциденте.

– Она и не Трофимова тоже.

– У Трофимова другое мнение на этот счет. И присягал он СССР. Я уточнял этот вопрос. Интересно, а какое наказание вы считаете справедливым в этом случае?

– Увольнение со службы. Трофимов и так давно пенсионер по возрасту. Без пенсии, так как не заслужил.

– Я в курсе. Мне его историю и историю его товарищей рассказал товарищ Цанава.

Комиссар госбезопасности третьего ранга, если вам неизвестно. Понимаю, для вас это звание мало что значит. А вот нынешняя его должность – представитель Ставки Верховного Главнокомандования СССР, говорит о том, что он вопросы с Российской Федерацией решает напрямую с такими людьми, для которых полковник – ничто! Поэтому мой дружеский совет вам, товарищ полковник, если вы хотите отслужить здесь установленный срок, давайте остановимся на этом разговоре. Кстати, вы знаете, к какому армейскому званию приравнивается звание корпусного комиссара?

– Нет.

Не интересовался.

– А зря! Вы же здесь служите! Пока не ввели погоны, нужно как-то ориентироваться вам. Так вот звание корпусного комиссара приравнивается к армейскому званию генерал-лейтенант. Запишите себе где-нибудь – вы, будучи полковником, служили заместителем у генерал-лейтенанта. И еще запишите на будущее – начальник здесь я. И мне по должности назначено определять меру проступков и подвигов подчиненных.

На этом, я считаю, разговор закончен. Если у вас ко мне ничего нет – можете идти.

На этом история не закончилась. На представлении Трофимова к ордену Красной Звезды на следующий день появилась приписка от руки: «По совокупности заслуг перед СССР и Советским Правительством за период с 1.10.1941 по настоящее время и проявленных при этом храбрости, самоотверженности и мужестве майор Трофимов А. Ф. достоин награждения орденом Красного Знамени».