Операция: «Украсть душу»

Мои плечи мягко стиснули родные руки Тино-фея, я шагнула назад, приникла спиной к его широкой надежной груди и очутилась в круге его тесных объятий. Десять лет счастливого брака, рождение сына, а мой Тимоша для меня до сих пор самая притягательная и интригующая загадка, которую хочется разгадывать вечность. Ветер трепал его гладкие черные волосы, глаза горели серо-зеленым огнем, контрастируя с его светлой, отвыкшей от ультрафиолета кожи.

Сегодня он, как обычно на работе, надел форму космического флота Ферана, ее оставили для наших вооруженных сил и на Зеферу.

И, божечки, как же мой адмирал потрясающе и мужественно выглядит. Десять лет! Десять лет вместе, а только столкнусь взглядом с его феранскими, меняющими цвет глазами, – и словно в омут с головой. Без сомнений, без раздумий и с колотящимся от любви сердцем. Мне кажется, никто, даже Глеб, которого буквально боготворит Улька, ценю и уважаю я, не способен любить, как мой Тимоша.

– Жаль, дриан и морков раньше высадили, надо было здесь, на Зеферу поселить, вот бы весело было! – выпалил мой сынуля, а вся наша компания передернулась.

Дриан, лесных созданий, и тех трех «китов», которые на пути в сердце улья нас чуть не сожрали, действительно три года назад отселили. Совершенно случайно Мегамозг обнаружил максимально подходящую для них планету, очень похожую на нашу Зеферу, но с иной, лучшей для них атмосферой, флорой и даже фауной. Дрианы же плотоядные… Как и морки, правда, у этих водоплавающих, по словам расстроенного Мегамозга, к сожалению, будущего нет.

Их всего трое и выпускали их из гуманных соображений, чтобы пожили на воле столько, сколько отмерено высшими силами. Ну а вдруг?

Время, когда дриан выводили из анабиоза, потом готовили «на выход», оказалось незабываемым. Адис снова пел им песни, через мелодию эмоций рассказывая о новом, найденном для них доме, о свободе. И, как это ни удивительно, дриана, покидавшая улей последней, прежде чем ее унес золотой луч, подарила Адису крохотный росточек.

Сначала мы все опасались, что вырастет очередная дриана, но вместо нее вымахал пышный и красиво цветущий куст.

Вскоре выяснилось, что он поющий! И не жесткие песни распевает, как наш Рашкер с друзьями, а удивительно нежные и невероятно проникновенные мелодии, которые дарят душе покой и умиротворение, надежду и радость. Теперь для рушиан место, где растет этот куст, особенное, сродни святому. Мы даже на Зеферу забрали пару росточков, посадим на память о жизни в улье, об Адисе и Мегамозге.