Опергруппа в деревне

И конечно же оказался неправ, но не по своей вине… Боюсь, что во всей истории отечественной криминалистики не найдётся ни одного реально существовавшего милиционера, который раскрыл бы преступление так быстро, как ему бы хотелось. Вот и в данном случае непредвиденные обстоятельства вмешались в нашу тщательно распланированную операцию и несколько спутали карты. Не фатально, реванш мы потом всё-таки взяли, но… Лучше по порядку.

Итак, короткий экскурс в историю: Алекс Борр, австрийский дипломат, бывший сопровождающий принцессы Лидии Адольфины Карпоффгаузен, политический интриган, дуэлянт, отравитель, преступник с нереализованным комплексом сексуального маньяка.

Задержан нами зимой, признан главным виновным в деле об отстреле невест, и как следствие, изгнан из Лукошкина без права восстановления в дипломатической миссии. Если бы Горох не был тогда занят свадьбой, австрийцу грозила бы не высылка, а полновесная каторга! Вот уж никак не предполагал, что он рискнёт так скоро вернуться в Россию…

А он вернулся.

И не просто так, типа «ностальгия по русским щам», он пришёл мстить, и не одному мне… Теперь мерзавец решил отыграться на всём нашем государстве в целом. Масштабность налицо, прогрессирует, как юношеский прыщ!

К обеду забежал Митяй, вернул мешок с выброшенным в овраг гражданином Груздевым, быстро стрескал миску армянской пшённой каши с тыквой и творогом, после чего удрал опять. Они там со Шмулинсоном раскручивали старосту на бесплатное (а потому вполне кошерное!) сало. Видимо, с яйцами действительно напряг…

– Филимон Митрофанович, в город мы вас отправить не сможем.

Митьку я не отпущу, а без охраны на вас точно нападут ещё раз. Могу предложить койкоместо в углу в сенях либо половину супружеской постели Марфы Петровны, вы чем-то запали ей в сердце…

– Дудки вам! Я уж лучше у боярина Мышкина отсижусь, небось не прогонит…

– Договорились.

– А ту разбойную рожу, что в худобу мою телесную свинцом горящим пуляла, всенепременно найди! Слышь-ка, участковый!

– Всенепременно найду, – честно согласился я.

 – Поверьте, мне он нужен даже больше, чем вам. Сами дойдёте или проводить?

– Провожали уже, тока руки за спину гнуть и умеете, – привычно разворчался дьяк, но, мельком глянув на посмурневшую Ягу, разом притих. Сунул горсть колотого сахара в рот и, не попрощавшись, убежал в сторону усадьбы Афанасия Фёдоровича.

Мы с Ягой остались наедине…

– Бабушка, выслушайте меня, пожалуйста. Нет, есть я не буду, сначала расскажу.