"
"Гарриет не закричала от радости и не бросилась на шею своему новообретенному отцу. Она внимательно разглядывала волосы Гарри, а затем перевела взгляд на мать.
– Нет, это не мой отец. У него нет серебристой прядки.
– Я покрасил волосы, – сказал Гарри.
Гарриет повернулась к нему и окинула его недоверчивым взглядом.
– Я так иногда делаю, когда не хочу лишний раз бросаться в глаза.
Гарриет насупилась.
– А почему вы не хотите бросаться в глаза?
– Потому что во время войны я собирал важные сведения для короля. И мне часто приходилось выдавать себя за француза или за испанца, чтобы не оказаться схваченным солдатами неприятеля.
Серебристая прядка в волосах могла бы меня выдать.
– Вы были шпионом?
– В некотором смысле.
Гарриет кивнула, и в глазах ее промелькнула едва заметная улыбка, блеснула надежда.
– Значит, мама написала вам? – Она взглянула на Пен. – Ты написала ему? Он приехал сюда ради меня?
– Гарриет… – Пен оглянулась на Гарри.
Ему захотелось – очень захотелось – солгать, но он понимал даже без встревоженного взгляда Пен, что его ложь может обернуться роковой ошибкой.
И даже если бы он солгал, Пен, конечно, тут же сказала бы правду.
– Мне бы очень хотелось, Гарриет, чтобы так и было, но правда в том, что я не знал о твоем существовании. Когда я увидел тебя у реки, я подумал, что ты дочь моего брата. И только поговорив с твоей матерью, я понял: ты моя дочь.
Разочарование на лице Гарриет резкой болью пронзило его сердце, и Гарри поспешил добавить:
– Если бы я знал о тебе, я тут же приехал бы.
Улыбка осветила лицо Гарриет. И Гарри почувствовал себя безумно счастливым. Какой же он умница! Он…
О черт! Теперь Гарриет сердито воззрилась на мать. Да, он ляпнул это некстати.
– Вот видишь? Ты должна была ему рассказать обо мне.
Пен тяжело вздохнула. Внезапно она почувствовала жуткую усталость и беспомощность.
– Я ведь тебе все уже объяснила, Гарриет. Я не знала адреса, когда твой отец находился в Европе.
О том, что она не умела писать, Пен умолчала.
Она взглянула на Гарри, надеясь на поддержку.
О, он поддержит Пен, поможет ей, ведь именно из-за него она оказалась в этой неловкой ситуации.
– Твоя мать говорит правду, Гарриет. Письмо, скорее всего, не дошло бы до меня. А если бы оно каким-то чудом все-таки нашло меня, мне захотелось бы как можно скорее вернуться домой, но обстоятельства мне бы не позволили. Мое командование полагалось на меня, а путь до Англии из Европы мог оказаться для меня долгим и сложным.
Гарриет задумалась.
